Ворон

Кто еще будет заниматься этим столь самоотверженно? – стукнула донышком бутылки о стол, - Ты буквально живешь на работе!

- Думаешь, кого-то это волнует? - покачав головой, папа ушел отвечать на телефонный звонок.

Я, наконец, сбрызнула овощи маслом, добавив щепотку соли. Чтобы хоть как-то поднять ему настроение, налила большую тарелку ухи и заварила его любимый ягодный чай. Решила вечером еще постряпать шоколадные кексы.

Только папа не спешил возвращаться: до меня доносились обрывки разговора на повышенных тонах.

Да что ж такое? Не вытерпев, нашла отца с перекошенным от злости лицом и покрасневшими глазами навыкате. Он стоял посреди коридора, с такой силой сжимая телефон, что, мне показалось, корпус сейчас треснет.

- Я повторяю вам это в последний раз… Больше не звоните!!!

Схватившись за сердце, папа, как подрубленный, осел на банкетку возле входа. Капелька пота скатилась по его переносице. Из горла вырвался судорожный страшный хрип.

- Ре-ре…- трясущейся рукой протянул мне телефон,- Ре-бе-нок…

Но я, итак, сообразила, что делать.

Стремительно набрала номер скорой помощи, молясь, чтобы только они успели приехать вовремя…

* * *Продолжение завтра!

Глава 18

Последние часы слились в одно мутное тревожное месиво из ужаса и слез. Микроинфаркт. Это слово плотно засело в моей голове, время от времени проблесковым маячком вспыхивая в сознании.

И хоть врачам удалось быстро купировать приступ, не было речи о том, чтобы папа остался дома. Покидав все необходимое в дорожную сумку, я сопровождала его в больницу.

Решила – не уеду, пока не узнаю результаты обследования, поэтому пришлось провести ночь на кушетке рядом с приемным покоем.

К счастью, утром доктор сообщил, что анализы и результаты УЗИ обнадеживают, однако отцу предстоит серьезно заняться своим здоровьем. И как минимум провести неделю в больнице.

Я сидела на стуле возле его кровати, крепко сжимая влажную и прохладную ладонь. Папа силился улыбнуться, однако выходило не слишком весело. Его взгляд потускнел, а вокруг некогда ясных глаз появились черные круги.

Мои губы болели от фальшивых улыбок, нужно было хотя бы попытаться убедить самого близкого человека, что со мной все в порядке.

- Не дождутся… – вдох. – Не умру, пока не увижу своих внуков!

- Ну, пап…

Пообещала же себе не реветь. Ему, итак, сейчас нелегко, ещё и я сырость развожу! Дура мягкотелая.

- Выше нос, ребенок! Врач сказал, опасности для жизни нет. Надо только полностью пересмотреть режим работы и отдыха, – глубокий вдох.