Ворон

Мало ли… А учитывая, что он живет один… О, небо, помоги образумить этого пернатого упрямца!

Сделав глубокий вдох, я подошла к воротам его дома, выжав кнопку звонка до упора, однако реакции не последовало. Тогда я слегка толкнула калитку – удивительно, но она оказалось не заперта."

"Воровато озираясь, прошла по выложенной дроблённым камнем дорожке к входной двери, которая, на мое счастье, тоже была открыта. Проникнув на цыпочках внутрь, я замерла на пороге, усиленно моргая, чтобы глаза быстрее привыкли к кромешной темноте жилища соседа.

- Кирилл…? – тихо позвала, сглатывая ком в горле.

- А казалась такой правильной папиной дочкой… – перехватив за локоть, он припер меня грудью к двери, зафиксировав пальцы на моей шее.

Сжал ее. Отчего воздух вмиг стал вязким и липким. Удушающим. Я его не видела, но слышала осиплое дыхание за спиной. Тяжелое. Порывистое. У обоих пульс шкалил. Ловила губами разряженный воздух, сминая кулачками ткань юбки, сотню раз пожалев, что решила вмешаться не в свое дело.

- Ляля.

- Отпусти-и…

Едва произнеся это, ощутила, как к моим губам прижалась горячая влажная ладонь. Она пахла кровью и детским мылом. Вот такое вопиюще неправильное сочетание заставило пульс еще отчетливее гудеть под кожей.

И зачем только переступила порог этого дома…?!

- А ведь я могу быть очень гостеприимным хозяином. М-м?

Глава 10

- Ты все неправильно понял… Отпусти! – перебирала дрожащими пальчиками складки на юбке, ощущая себя добычей, загнанной в угол.

А в том, что этот парень способен меня «сожрать», отпали последние сомнения.

- Ну, так объясни для тупых?! – внезапно Воронов ослабил захват на моей шее, а потом и вовсе отпрянул, оставляя место для маневра.

Поспешив развернуться, я гневно прищурилась, стараясь вложить в свой взгляд всю злобу, на которую только была способна, лишь бы он не заметил, как дрожат коленки.

- Так зачем пришла? – в его глазах не отражалось ни единой эмоции.

- Я всего лишь хотела предложить свою помощь. Вдруг нужно сходить в аптеку… Хотя все-таки лучше вызвать скорую… – поморщилась, разглядывая его увечья.

- Помощь?! – Воронов ухмыльнулся, смерив меня с ног до головы снисходительным взглядом. – Никто никому ничего не должен. Мелкая. Беги в школу.

Однако моя злость почти сразу трансформировалась во вселенскую жалость: лицо одноклассника с каждой минутой все сильнее опухало, а синяки «расцветали».