Ломаные линии судьбы

Только когда девушка отошла от их столика, Коломийцев поддержал Игоря в трезвости:

– Мне тоже ещё обмозговать кое-что надо, да и за рулём. – И предупредил строгим, начальственным тоном: – Но в другой раз оба не отвертимся."

"– Знаешь, – признался Игорь, – пока в промышленность не сунулся, и на встречи время находилось, и на девушек, даже на кино с театром, а последние года полтора даже спать некогда.

– Зато какой комбинат вы подняли, – с огромным уважением произнёс Коломийцев, усиливая свои слова мимикой и жестом.

 – Это что-то грандиозное. Моща!

– Это точно, – согласился Шагин, – моща. Вторую очередь запустили под камеры и президентскую отмашку, за пару месяцев в штатный режим войдём, а там хоть немного дыхание перевести можно будет и нормальная работа начнётся, без авралов и гонки. – Он усмехнулся. – Надеюсь.

– Не жалеешь, что из СК ушёл?

– Вот ни разу, – честно ответил Шагин и добавил: – И что из адвокатуры ушёл, ни минуты не пожалел. Во-первых, интересно: другая юриспруденция, совсем иная область знаний, производственные процессы и циклы пришлось изучать.

А во‑вторых, масштабы грандиозные, уровня мировых рынков. – Вздохнув, он сам себя остановил: – Ладно, в пару слов не расскажешь. Что мы на бегу перекидываться будем. Мне вон тебя расспросить интересно про повышение, про Светку и мальчишек, тоже не на пять минут разговор. Давай уж на самом деле встретимся без суеты, Гарика с Сёмой выдернем и посидим, нормально пообщаемся вчетвером, за жизнь-дела поговорим.

– А давай организуемся, – с энтузиазмом подхватил идею Коломийцев. – С мужиками я завтра сам созвонюсь, и постараемся все друг под друга подстроиться.

– Всё, забились-договорились, – постановил Шагин, – и заднюю не даём. Дела делами, а жизнь – она ту-ту, как говорит Муза Павловна.

– Ага, помню эту её присказку, – улыбнулся тёплым воспоминаниям Сергей. – Ты ей от меня привет передай.

– Вот сегодня и передам, – пообещал Шагин. – Как раз после кафе к ней и собираюсь ехать.

Официантка принесла их заказ, и, пока расставляла его на столе, мужчины помолчали.

– Ну что, приятного аппетита, – пожелал другу Игорь и признался: – Я голодный до озверения, в обед толком поесть некогда было.

– Та же история, – солидаризировался с ним Сергей.

И замолчали оба на какое-то время, пока утоляли первый, самый неприятный, подсасывающий голод. И, только справившись с салатами и горячим блюдом, приступили к беседе, ради которой, собственно, и встретились.