Локки 4. Потомок бога

Следом Громов воровато оглянулся, достал из кармана небольшой пакетик и принялся сыпать его содержимое в бутылку, попутно будто оправдываясь:

— Пора признать, что я уже не молод, посему нет ничего зазорного, дабы пользоваться такими волшебными порошочками. Да и моя милая тоже уже не девочка. А как выпьет вино с этим порошочком, так становится прям ух-х-х! Не баба, а ураган в постели. Тигрица. Эх, будь она дворянкой, женился бы. Она ведь и умна, и хороша собой. А какая у неё грудь! Два спелых арбуза. Она и так уже заправляет всеми бытовыми вопросами, касающимися особняка.

Пересыпав порошок в бутылку, мужчина вставил пробку обратно. Да так ловко, что невозможно было понять, что ее открывали. Потом Громов потряс вино, дабы порошок окончательно растворился.

И в этот ответственный миг в кармане смертного запиликал сотовый телефон.

— Вашу мать! — от неожиданности воскликнул Громов и выпустил бутылку из рук.

Та упала на стол и покатилась по поверхности.

— Ну, сейчас кто-то у меня получит.

На экране красовалось имя дочери. Мужчина тут же недовольно цыкнул, понимая, что экзекуции не будет.

— Да, Лидия, — мягко выдохнул он в трубку, приложив ту к уху. — Почему из храма убрали идолов? Ну-у-у, слушай… тут такое дело… Нет! Не надо! Ничего не делай! Я сейчас! Дождись меня.

Громов поспешно сбросил вызов и помчался в храм, попутно лихорадочно размышляя, как бы пройти между двух огней в лице Локки и Лидии. Последнюю сильно рассердило, что кто-то выкинул идолы из храма. И теперь она вознамерилась вернуть их на место.

А Громов очень не хотел злить взбалмошного Локки. Так не хотел, что даже выбежал из подвала, позабыв о подготовленной бутылке, которая так и осталась стоять на столе, отражая свет лампочек.

А спустя всего пять минут свет ламп упал на задумчивое лицо графини Беловой, неслышно спустившейся в подвал.

— Неожиданно, — пробормотала блондинка и прошлась вдоль полок с вином. — Не то, не то. Не то, но очень даже ничего, однако для другого раза. О, а это что?

Её взгляд упал на бутыль, поблескивающую на столе. Девичьи пальцы взяли её, а глаза прочитали название.

— Вот это то! — довольно улыбнулась графиня и, повеселев, покинула подвал.