Локки 4. Потомок бога

— Теперь перейдём к самому главному, — хмуро выдала женщина и бросила напряжённый взгляд на сферу, словно до сих была не уверена, что поступает правильно.

— Самое время, — пробормотал я.

Сколько я уже тут? Часа два точно, а то и больше. Вот будет весело, если я не успею забрать ключ просто из-за того, что перенос на Землю сработает раньше!

Я шустро двинулся к сфере, попутно косясь на тьму, где плавали стражи. Если уж переговорщица едва сдержала свой голод, то сумеют ли они справиться с ним?

Признаться, никогда прежде я не чувствовал себя сочным стейком в окружении оголодавших волков, которым не могу выбить клыки.

Мои пальцы без проблем прошли сквозь бесплотную стенку сферы, и та практически совсем перестала светиться. Мрак навалился на меня, а вместе с ним и стражи. Я буквально кожей почувствовал, как они столпились за моей спиной и жарко обсуждают, какие бы блюда могли приготовить из моей тушки. Отвратительное ощущение. Даже как-то сразу захотелось стать вегетарианцем.

Я отбросил глупые мысли, расправил плечи и с гордо вздёрнутым подбородком цапнул ключ, оказавшийся удивительно тёплым."

"Свет тут же окончательно исчез, и кромешная тьма заполнила зал. Мигом возникло ощущение, что я стою в метро в забитом битком вагоне, лишившимся освещения. До моих ушей доносились вкрадчивые шепотки, а обнажённой кожи порой будто касалось дуновение ледяного ветерка. Но я прекрасно понимал, что никакой это не ветерок, а стражи.

— Напоминаю о клятвах, — громко и спокойно произнёс я, стараясь держаться уверенно и бесстрашно. — Расступитесь, дамы и господа, мне пора уходить.

И я двинулся в ту сторону, где, как помнил, находились ступени. Но стражи не торопились убираться с моей дороги. Хотя они были бесплотными, и я прекрасно проходил сквозь их тела, однако моя собственная тушка стремительно замерзала после каждого такого «прохода».

— Иди за мной, я помогу, — прошептал мне в ухо знакомый женский голос, переполненный волнением.

Ладонь переговорщицы схватила мою руку, и она потащила меня сквозь стражей, беря на себя основной удар мертвенного холода, испускаемого их телами.

Глава 26

Мы мчались по залитому тьмой залу. И мои ноги уже с трудом гнулись. Холод проморозил их чуть ли не до костей.