Локки 4. Потомок бога

Он затрепыхался как умалишённый, пытаясь добраться до тела богини.

Пришлось погасить его сознание, чтобы он не мешал мне. Следом я набрался смелости и перевёл взор на храм.

Маммона простёрла руки к склонившимся в поклоне жрицам и в звенящей тишине проговорила глубоким женственным голосом, проникающим в самую душу:

— Вы призвали меня, дочери мои. Что же вы хотите поведать мне?

— Великая мать, главная жрица пала от руки врага, — проговорила одна из почитательниц Маммоны.

— Я почувствовала это, — сказала та.

Каждая из жриц выдала по несколько предложений, вместе сложившихся в рассказ, повествующий, что какой-то гад грохнул высшую прямо в её храме, воспользовавшись помощью дракона.

— Что ж, видимо, она была слаба, — заключила Маммона, позволив себе презрительную улыбку.

Клянусь душой Локи, отлично! Богиня не стала упоминать, что вообще-то нефигово было бы найти убийцу и отомстить ему.

— Я назову ту, кто станет следующей высшей жрицей, — продолжила богиня, — но сперва потешим свою плоть.

Её слова послужили сигналом для жриц. Те снова уселись за столы, оставив один для Маммоны. Та грациозно присела на подушечку, бесстыже скрестила ноги и начала поедать свежие человеческие сердца, горкой громоздившиеся на золотом подносе.

Хаоситы-мужчины снова принялись барабанить и тянуть свои песнопения.

Но вскоре уродов позвали к столу. Те со всех ног ломанулись к жрицам.

И вот тут-то началась безумная вакханалия с сексом прямо на столах, на блюдах с едой, с реками вина, охами, ахами и криками боли, поскольку некоторые жрицы, да и сама богиня, убивали мужчин после соития.

"— Как бы потом всё это развидеть, — пробормотал я, скользнув брезгливым взглядом по покрытому струпьями зверочеловеку, сжимающему в объятиях красотку-жрицу из числа людей.

От этой струящейся во все стороны похоти, боли и гедонистических флюидов Хаос ещё больше окреп, буквально заставляя меня выцарапывать каждый глоток воздуха.

Нет, долго я тут не продержусь.

Но прежде чем наложить на себя иллюзию, я полностью разоблачился, чтобы одежда не выдала, ежели ко мне кто-то случайно прикоснётся. Только поясную сумку оставил да саблю.