Восьмое правило дворянина

 — Мне нужно поскорее, ясно? Две недели! Максимум — три! Иначе я из вас некротическую энергию сделаю для ускорения процесса!

Глава 6

Королевство Патагония

Остров Пасхи

Пляж Анакена

Кирилл Романович Болотов смотрел на возвышавшегося перед ним каменного истукана и в последний раз задал себе вопрос — правильно ли он сейчас поступает?

У него была вся ночь, чтобы как следует поразмыслить над этим. Как вообще случилось так, что всего год назад он был одним из самых успешных людей в Великом Московском княжестве, а теперь вот…

Стоит на коленях перед огромным изваянием, в одной его руке нож, с острым как бритва лезвием, а рядом коробка, в которой находится все, чтобы остановить сильное кровотечение…

Какие разительные изменения произошли с ним за такой короткий срок, кто бы мог подумать.

При одной лишь мысли о молодом и удачливом графе его затрясло, а рука, в которой был нож, инстинктивно сжала рукоятку с такой силой, что свело кисть от боли.

Его последней надеждой был Морозов Матвей — он должен был прикончить Соколова на дуэли. Хотя назвать этого упыря надеждой было бы слишком опрометчиво, так — проблеск света среди серого неба, который скорее подарил приятное ожидание.

Почему бы и нет, собственно, учитывая подарок, которым снабдил его фюрст Фридрих фон Аренстоф? Ему стоило таких трудов уговорить немца расстаться с этой вещью и все оказалось напрасно.

Каким же нужно быть дебилом и конченым наркоманом, чтобы не сделать даже такой малости? Неужели это так трудно? Видимо он слишком переоценил этого малолетнего алкоголика…

Чего еще он хотел от человека, который всю свою жизнь только и занимался тем, что методично уничтожал себя? Просто он не знал, что все будет настолько плохо.

Теперь последний Морозов уехал на кладбище, Фон Аренстоф не хотел даже слышать о Болотове, а невероятной силы артефакт оказался у Соколова — просто фантастическая ситуация.

Ну а что касается самого Болотова, то перспективы вырисовываются крайне мрачные. За спиной этого молодого графа собрались слишком могучие силы, с которыми крайне сложно бороться. Во всяком случае, ему лично — очень непросто.