Любовное зелье колдуна-болтуна

 — Триста пятьдесят тысяч гринов за древнюю развалюху, куча бабла на ремонт, постоянно давать деньги Фатееву… Сыновья у Игоря Семеновича не дураки, старший со средним сейчас бизнесом покойного отца рулят, младший ученый, кандидат наук, но таких деньжищ у них нет. Каролина благотворительностью всю жизнь занимается, не работает. Где ей горы баксов взять? Наверняка сам Игорь Семенович там гулял.

— Или нет. Попробуем зайти с другой стороны, с женской, — подала голос Антонина. — Муж ворочает фирмой, на супругу у него времени не хватает, та сначала обижается, потом находит себе милого друга, человека не бедного…

— Вы не знаете Каролину, — заспорил Федор Михайлович.

— Любовник леди Чаттерлей…[2] — протянул Иван Никифорович. — Иногда в порыве физической страсти женщина кидается в объятия не подходящего ей ни по статусу, ни по происхождению мужчины…

— А еще я вот о чем подумала, — остановила шефа Тоня.

— Нет, — хором ответили Роберт и я.

— То-то и оно, — кивнула Антонина. — Федор Михайлович, сколько в Лоскутове олигархов, способных спустить на свой каприз бешеную сумму?

Дубов призадумался.

— Обеспеченные есть, но таких, чтобы совсем деньги не считали, двое — Бражкин и Шаров."

"— Так почему мы уперлись в мэра? — удивилась Тоня. — Что, если наш шалун как раз Василий Петрович? Он тоже в одном классе с Фатеевым учился, мог его попросить подставным покупателем стать. А потом встречался в сторожке с метрессами, обустроив себе уютный уголок. Владелец посудной фабрики собрался стать мэром, а Игорь Семенович решил бороться за кресло градоначальника всеми средствами, начал следить за Шаровым, узнал про его любовное гнездышко.

— Нельзя воробья с соловьем сравнивать, — разозлился Дубов. — Василий Петрович на подлость вообще не способен, он святой! Семья для него главное, дочек воспитал прекрасных. Светлана Алексеевна душа-человек, с Каролиной ее не сравнить.