Любовное зелье колдуна-болтуна

Но эти еще ничего, скандалы не мутят, а Оля вообще чума, с порога бучу затевает. Не дай бог, кто-то за ее любимый столик сел, не успокоится, пока людей не выгонит. Блюда на кухню постоянно возвращает, то, мол, пересолили, то пережарили, то мясо сырое. Прямо не знает, к чему примотаться. По-моему, она специально сюда прибегает, когда негатив сбросить хочет, устроит служащим разнос и довольна. Еду не оплачивает, так уходит. Хозяин потом счета в особняк Шарова отправляет, домработница рассчитывается. Видите ресторан «Альто пицца» на другой стороне площади? Туда сыновья Бражкина ходят.

Вот они вежливые, к работникам по имени-отчеству обращаются и всегда десять процентов чаевых оставляют. Почему нам не повезло их в клиентах иметь? Сюда они не заглядывают, здесь родственники Шарова укрепились. Именно из-за Оли Маринка ногу сломала.

— Алиса, ваша коллега поскользнулась на камешках, — мягко напомнила я.

— А кто их принес? — рассердилась та.

Я сделала глоток чаю и уточнила:

— Ольга притащила щебень и раскидала его по полу? Слабо верится в это.

Алиса поправила салфетки в вазочке.

— По-другому все получилось. Ольга явилась, за стол села, Маринка ей еду понесла и — плюх! Вскрикнула, потом заплакала — больно ей очень стало. Шарова-младшая вскочила и завопила: «Ты кофе на брюки мне пролила, вон пятно на штанине! Заплатишь за испорченную одежду!» И к выходу потопала. Между прочим, больше никого из посетителей в тот момент в кафе не было. На пороге Ольга обернулась, ногой топнула, приказала: «Сейчас же извинись за мое испорченное настроение!» Маринка прошептала: «Простите, я не хотела».

Грымза на улицу умелась, а я заметила, что у хамки с туфелек что-то мелкое упало. Не удивляйтесь этому: зрение у меня орлиное, за километр муху вижу. Так вот, едва ведьма за дверь, я пошла посмотреть, чего она потеряла. Мокасины у нее прямо как у вас, только голубые, на мысках тоже стразы, и мне подумалось, что они отвалились, а Ольга могла вернуться и битву из-за них устроить. Гляжу — на полу щебенка бордово-красная, тютелька в тютельку, как вы сейчас показали. Я сообразила, что у мокасов подметка рифленая, камешки туда набились, а в кафе выпали. И кто виноват, что Маринка навернулась? Дочь Шарова!

Глава 27

— Незваный гость хуже налогового инспектора, — объявил Федор Михайлович, входя в конференц-зал, — никто его не ждал, а он приперся.

— Это не про вас, — возразила Антонина.

— Присаживайтесь, пожалуйста, — попросила я Дубова.