Любовница снежного лорда

А еще… ну тортик, точнее его остатки, на шефе очень аппетитно смотрелись и пахли просто умопомрачительно, поэтому, отвечая на звонок, я не удержалась, мазнула пальцем по щеке снежика, собирая остатки крема, и засунула палец в рот. Было действительно очень вкусно.

— И как? — спросил вдруг совершенно незлобно шеф.

— Няма, — ответила я, сильно удивляясь тому, что в другом зеркальце молчали и никто слова не говорил.

— Дай я попробую, — сказал неожиданно Эйн.

После чего взял палец, мазнул себя по щеке и, засунув в рот, начал старательно облизывать.

— Крайне интересным образом вы используете наемную рабочую силу, — не могла не заметить я.

— Так гораздо вкуснее, — прикрыв глаза от удовольствия, заверил шеф.

Плотоядно посмотрела на его свободную руку, если конкретно, то на палец. Перехватив мой взгляд, шеф приподнял кремированно-глазурированную бровь и явно хотел что-то сказать, но тут из зеркала раздалось знакомым голосом истеричной матушки лорда Эйна:

— Развратники! И он, болван, остолоп, недоумок, и ты, ш…

Я спокойно перевернула зеркало, прерывая связь, после чего засунула его в карман, и все это в процессе тщательного и в то же время осторожного долизывания с моего пальчика остатков крема, после чего посмотрела на шефа.

Он на меня.

Не выдержав моего молчаливого осуждения, мрачно спросил:

— Что?

— Вы знаете, — осторожно отбирая у начальства свою длань, — давно хочу пообщаться с вашей матушкой.

— Зачем? — удивленно спросил он.

Удивление выглядело крайне комично, если учесть наличие на начальственном лице ошметков торта.

— Обсудить детали коронации, — ядовито улыбнулась я.

И тут лорд Эйн произнес:

— Моя мама умерла, производя меня на свет. Я стал причиной ее гибели. Леди Эйн мне мачеха, но так как она вторая жена отца, я вынужден называть ее в соответствии с этикетом. Сожалею, Виэль, мне и самому хотелось бы познакомить тебя с матерью, но, как видишь, это невозможно.

Я так и застыла, с приоткрытым от удивления ртом. Поразило не сказанное, поразила фраза Эйна «Я стал причиной ее гибели»… Он что, до сих пор винит себя?!

И тут шеф одним движением с применением магии лишил себя тортовой маски на лице, после чего прошел к столу, сел, посидел так, барабаня пальцами по скатерти, и грустно произнес:

— Видимо, для нормального диалога мне стоит тебя для начала уволить.