Любовница снежного лорда

И почему-то вдруг подумала, что бывшего жениха… Странно, откуда такая мысль вообще взялась, но вот внутри где-то была стопроцентная уверенность, что бывшего… Хм.

— Где Эйн? — спросила, внутренне напрягшись.

— Занимается согласно расписанию, — сообщил Охард.

— А, ладно. — Я поспешила подняться и привести себя в порядок.

Хотя какой порядок… Внезапно вспомнилось, как все мои платья ровным слоем неровно порванных тряпочек устилали снег в тюрьме. Черт!

— Так, по текущим делам… Лорд Эйн просил передать, что придушит тебя сразу после урока экономики.

Первый вопрос, который я задала, был:

— А где мои платья?

— В гардеробной лорда Эйна, — глядя на меня как-то странно, сообщил зеленокожий.

Прошла в уже знакомую гардеробную, обнаружила свежепошитые для меня платья, туфли и все остальное.

— За что шеф собрался меня придушивать?

— Ну так за увеличение его гарема в десять раз.

Ну да, тут небольшой косяк вышел — в каждой комнате наверху теперь по десять девушек жило, ну а куда прикажете мне девать почти четыреста девиц со сложностями в воспоминаниях о собственной жизни? Между прочим, им нужна реабилитация, хорошее питание и все такое — а кто о них позаботится кроме прислуги лорда Эйна? Вот и я думаю, что никто.

— Злой жутко был, — продолжал вводить меня в курс дела Охард.

Ничего, разберемся.

Позавтракав в компании Охарда, Докерса и дворецкого, я в конце трапезы спросила:

— А чего все молчаливые такие?

Молчаливые хмуро глянули на меня, после слово взял ДокЭрСатан Эмаркад Шаверский Топорович:

— В Зандарате траур, — сказал он.

— По поводу? — сказала я, откусывая от бутерброда.

Подлый и коварный предводитель подгорного народа сразу отвечать не стал, дождался, гад, пока я возьмусь чай пить, и вот тогда:

— По лорду Эйну!

Естественно, я подавилась! И чаем облилась! И вообще чуть со стула не упала.

— Охард, — потрясенно глянула на жениха… бывшего жениха… короче, пока не разберусь, все еще жениха, — ты же сказал, что он жив! Ты…

Тут дверь открылась и вошел лорд Эйн.

Аж от сердца отлегло!

— Хух, — сказала я и протянула Охарду чашку, чтобы он мне чай налил, взамен расплесканного.