Любовница. По осколкам чувств

Он, на моё счастье, сразу же распахнул передо мной свои металлические створки, будто бы ждал всё это время, когда же я дозрею и решусь на этот шаг навстречу своему будущему.

Кабина летит вниз. Я задыхаюсь от адреналиновой волны, окатившей тело с головы до ног. А затем несусь ветром из подъезда и дальше, через улицу. Туда, где под тенью плакучих ив по-прежнему на своём боевом посту стоит чёрная иномарка.

Не добегая всего несколько шагов, торможу. А после вымученно улыбаюсь, когда водитель, заметив меня, выходит из салона и хмуро смотрит на меня.

— Валерия Дмитриевна, первый час ночи, вернитесь домой, я вас очень прошу.

— Домой? — шепчу я сбито, пока за рёбрами отыгрывает безумные рулады реанимированное сердце.

— Да, пожалуйста.

— Хорошо, — киваю я и решительно сокращаю расстояние между мной и машиной, а затем и вовсе дёргаю на себя ручку двери, — везите.

Сажусь внутрь, складываю руки на коленях и покорно жду, пока водитель всё-таки выйдет из ступора, сядет за руль и доставит меня туда, куда я так отчаянно рвусь.

И вот автомобиль наконец-то трогается с места. Везёт меня по тёмным столичным улочкам. Успокаивающе урчит своим сильным мотором. А я не могу! Меня трясёт и разматывает в разные стороны! Только теперь от томительного нетерпения, предвкушения и страха перед тем, что меня ждёт в конечном пункте назначения.

Ладошки потеют, но каждый волосок на моём теле поднимается на дыбы в кайфе от того, на что я всё-таки решилась. Пьяные в дупель бабочки порхают и томно кружатся в животе. А ошалевшие тараканы окончательно сходят с ума, валяясь внутри моей черепной коробки в эндорфиновом дурмане.

Причина?

Я всё-таки решилась пройти по дороге, устланной осколками разбитых чувств. Но не чтобы все их склеить. Нет. Мы начнём всё заново, бес трещин, сколов и уродливых шрамов.

— Приехали, Валерия Дмитриевна, — выдёргивает меня из потока мыслей голос водителя, — я наберу Данила Александровича, и он спустится к вам.

— Не надо. У меня есть ключи, — достаю я из кармана связку, киваю на прощание и выхожу из прогретого салона в прохладу подземной парковки.

И дальше. В лифт. И выше."

"Но у самой входной двери замираю, задыхаясь от стука сердца в груди. Пытаюсь успокоиться. Не получается. От сокрушительной лавины слишком глубоких чувств и ярких эмоций почти теряю сознание. А потому торопливо вставляю ключ в замочную скважину и наконец-то проворачиваю его.

Щелчок.

Открыто.

Шаг через порог. Закрываю за собой дверь. Замираю в нерешительности, шумно хапая воздух.