Ведьма и тьма

И Калокиру пришлось поведать: Цимисхий не раз выступал в подобных поединках и всегда выходил победителем. Несмотря на невысокий рост, он был невероятно ловок и силен. И отчаянно храбр в бою. Случалось, нападал на куда большее число противников и побеждал их. В метании копья и дротика ему не было равных, как и в стрельбе из лука. А еще у него была забава: положив войлочный мяч на дно стеклянной чаши, он пришпоривал скакуна и на полном скаку вышибал клинком мяч из сосуда, да так, что чаша оставалась цела.

– Ну а в двубое на мечах каков он? – с интересом спросил Святослав.

Калокир понял, что для Святослава предстоящее все еще забава. И тогда он сказал:

– Что ромеи хорошо бьются, тебе ведомо, княже. Но знаю я и другое: русы не так сильны в схватках один на один, как в сражении строем, как вы говорите – «стенка на стенку». И в этом ваша сила – напор, натиск, совместное движение и общая защита. Зато у вас меньше обучают выпадам и уверткам, ибо в строю вас защищает доспех и большой щит.

– Так что же мы, по-твоему, не так хороши в битве, как ромеи? – обозлился князь. Глаза его сузились, усы приподнялись над хищным оскалом. – А если я докажу обратное и сражу базилевса?"

"Но тут внезапно подал голос Инкмор, воевода-варяг, считавшийся лучшим мастером поединка в войске Святослава.

– Тебе нельзя выходить один на один с Цимисхием, княже! Я бы на него не вышел и тебе не советую.

Слова такого воина, как Инкмор, многое значили.

Свенельд добавил:

– Ты не просто будешь сражаться, Святослав. Ты будешь решать нашу общую судьбу. А если проиграешь? Кого тогда вместо себя поставишь? Мы не пойдем под ярмо, как бы ни сложился твой поединок с базилевсом.

А кто-то из воевод еще и добавил: мол, все это похоже на ловушку, которыми славятся хитрые ромеи.

Святослав больше не возражал. Калокир видел, что, как бы воины ни почитали своего предводителя, они имели право на собственный голос. У ромеев о таком и помыслить нельзя…

Ответное послание императору, составленное Калокиром, было отправлено в тот же день.