Любовь со всеми удобствами

Катерина села на крыльце и вздохнула. Конечно, ей бы хотелось, чтобы все встречные и поперечные мужчины признавали ее красоту и обаяние. Как Клаус, который не только признал, но и признался. Не то что некоторые молчуны, бумагомаратели, резиденты неизвестной разведки. Катерина с тоской посмотрела на окно и подумала о том, что, вполне возможно, в эту самую минуту Карпатов находится в объятиях деревенской красотки и вешает той на уши лапшу. А она, как распоследняя дурочка, сидит на крыльце и тоскливо глядит на его окошко!

Катерина гордо встала и зашла в дом, сейчас придет Захар, и она укажет ему на дверь.

Не грубо, по-хорошему, благо и повод есть – его Оксана, очень даже симпатичная девчонка. Совсем не похожа на деревенскую глупышку с длинной косой. Стрижка креативная, косметики на лице – килограмма полтора, юбка что ни на есть короткая, блузка модная – туника. Все при ней. И чего этому Захару нужно? С Клаусом она сядет пить кофе и немного поговорит о безответной любви. Катерина попытается ему сказать, что он ей очень нравится, но она еще не готова к серьезным отношениям. Да, именно так она и скажет. Понял бы! Катерина поглядела на часы: половина первого, а никто из мужчин так и не пришел.

В два часа дня она поняла, что никто и не придет. Безусловно, ей не хотелось видеть Захара, но то, что он не пришел, немного уязвило ее гордость. Гораздо хуже оказалось то, что не пришел Клаус. А ведь они так хорошо расстались. Он все твердил свое: «Либе дир!», она улыбалась ему вместо ответа. А что она могла сказать?! Неужели Клаус обиделся, не получив взаимности? Что ж, это его дело, Катерина не может с каждым встречным немцем предаваться любви в случае отсутствия таковой.

«Все равно, – подумала она, – как-то нехорошо получилось, он же иностранный гость». И страшная догадка промелькнула в ее озабоченной голове.

Катерина бросилась в палисадник к своему окну, в которое вчера кто-то попытался залезть. Так и есть, трава примята, следы достаточно большие, но не очень. Их вполне можно было принять за женские или за мужские следы, но мужчина должен был быть некрупный.

Клаус – мужчина некрупный… Катерина подняла брошенный, но не успевший завянуть букетик роз и обомлела от открывшейся ей истины. Скорее всего к ней приходил Клаус! А она его приняла за пьяного Семена и ударила палкой по голове. Теперь он на нее обиделся и решил не показываться. Что же делать?!

– Что будем делать?! – провизжал над ее ухом голос Любочки-стриптизерши. – Они уехали!

– Что? – не поняла Катерина.