Любовь с уведомлением

Во всём нужно искать свои плюсы.

– Может, перечислите свои, Илья Андреевич? – смеюсь, пока Вересов подвигает нас обоих на кровати, укладываясь рядом.

– Красив, умён, обаятелен, с прекрасным чувством юмора. Верен, – акцентирует внимание на моменте, который меня волнует, – и влюблён в невероятную девушку по имени Даша."

"Он произносит это так легко, что на миг кажется – послышалось. Но Илья совершенно серьёзен, ожидает ответа, который застрял в горле. Я чувствую то же самое, но озвучить не решаюсь, съедаемая сомнениями и многочисленными вопросами, на которые получу ответы со временем.

Не здесь и не в этой комнате. И, чтобы сгладить неловкость, повисшую между нами, тянусь к его губам и утягиваю в поцелуй, который он сразу подхватывает и уже активно орудует языком, завоёвывая территорию.

Моё тело словно по щелчку тянется к нему, соскучившись по ласке и сильным рукам, которые дарят удовольствие и заставляют забывать собственное имя. Поцелуи жаркие, жадные, стремительные. Его язык ласкает мои губы, прикусывает и посасывает, утягивая в обжигающий танец, понятный лишь нам.

Лёгкие заполняются запахом любимого мужчины, кружа голову. Поддаюсь Илье, теряясь в собственных ощущениях и ругая себя, что так быстро сдалась, простив ему всё.

Горячие ладони проникают под одеяло, откидывая его в сторону, скользят по телу, гладят, изучают и заманивают в порочный круговорот стонов и наслаждения. Шалею от того, как сладко в его объятиях, окутывающих предвкушением. Сердце замирает на миг, а затем обеспокоенно мчится, отдаваясь глухими ударами в виски.

Боюсь утонуть в этих ощущениях, а открыв глаза, столкнуться с неприятной реальностью, где «нас» не существует, а Илья мне приснился.

Но тяжесть мужского тела, нависшего надо мной, рассеивает сомнения. Я касаюсь его, сжимая плечи и не отпуская губы, льну и врастаю, хочу почувствовать его в себе. И он дарит мне такую возможность, когда врывается резким движением, заполняет собой и начинает двигаться быстро, не позволяя нам обоим отдышаться.

Это не секс, это продолжение разговора.

О том, как скучали, как были необходимы друг другу. Его признание и мои сомнения, не позволившие сказать «люблю». Мужские губы терзают мои, впиваясь и присваивая, выпуская лишь на секунду, чтобы заполнить комнату горячим дыханием и томными вздохами, дающими понять, как хорошо нам обоим.

Я на грани, растекаюсь от каждого резкого толчка члена, выгибаясь в спине и принимая его глубже, желая его полностью. Сумасшествие – одно на двоих.