Любовь с уведомлением

Или нет?

Я сопротивлялась, брыкалась и останавливала его, пока не услышала: «Для тебя всё что угодно. Только для тебя». Босс говорил так искренне и открыто, что я едва сдержала накатившие слёзы. От его слов по спине рванули мурашки, а в области живота разлилось нечто тёплое и щемящее, заставившее дать немое согласие на каждый поцелуй, который он оставил на моих губах.

А всё, что произошло дальше, больше походило на фильм, который я просматривала, как зритель, не имеющий отношения к его созданию. Но это было со мной. Всё, что он делал, говорил и позволил почувствовать.

А сейчас совершаю уже десятую попытку выйти из ванной, но нечто незримое останавливает, не позволяя открыть дверь. Прижимаюсь лбом к стене и, прикрыв глаза, часто дышу, не понимая, что сказать боссу после ночи в стонах и ритмичных толчках. Моё длительное пребывание здесь становится подозрительным и даже настораживающим, поэтому, приоткрыв дверь, сначала осматриваю пустой коридор, а затем мягко ступаю по паркету, предварительно завернувшись в полотенце, чтобы не предстать перед мужчиной голой.

«Вчера бы так стеснялась, Даша», – ругаю саму себя и заглядываю в спальню. Ильи нет, и лишь смятая постель напоминает, что мы провели ночь вместе. В гостиной тоже тишина, и я решаю, что босс в душе, когда сзади меня обнимают горячие руки, а я дёргаюсь то ли от испуга, то ли от растерянности в сторону. Движение получается резким, отшатываюсь, теряю ориентацию, босые ноги скользят по покрытию, и я лечу вперёд, выставляя руки.

– Даш, ты так себе что-нибудь сломаешь!

– Я… не ожидала… – вновь позорно оправдываюсь, словно стыдливых эпизодов на форуме было недостаточно, и я должна быть максимально унижена в глазах Вересова.

– Не ожидала? – Его смех разносится по квартире.

– Принимала, но…

Не могу объяснить даже самой себе, по какой причине каждый раз шарахаюсь в сторону, но стоит заглянуть в глаза боссу, как передо мной проносятся откровенно-горячие картинки прошедшей ночи, и я краснею, стыдливо опустив взгляд. Делаю попытку подняться, но Илья садится, заключив в объятия, и встаёт, удерживая меня на руках. Плюхается на диван, а я, оказавшись у него на коленях, вырываюсь.