Любовь пирата

– Ты сотни раз глядел в мои глаза, зачем спрашивать! – резко ответила она, поворачиваясь спиной к Тристану.

– Они сейчас совсем синие, как сапфир, но, с тех пор как ты попала на «Строптивую леди», они все время были зелеными… до этой минуты.

– Чушь! Глаза не изменяют цвет. Это просто игра света.

– Взгляни на меня, – скомандовал он и, не дожидаясь, повернул Беттину лицом к себе, но изумрудно-зеленое пламя вновь опалило его.

– Говорила же, это игра света, – повторила Беттина и быстро отвернулась, чтобы Тристан не заметил улыбки на ее лице.

У пирата было неприятное чувство, что девушка дурачит его. Свет тут ни при чем. Он еще не ослеп и прекрасно видел: в глазах ее отражалась морская синева. Неужели они меняют свет в зависимости от настроения? Зеленый – когда Беттина злится или испугана, синий – когда весела и спокойна. Но почему она радуется именно сейчас? Тристан всей душой желал найти ответ, но времени не было.

– Твой корабль так называется?.. «Строптивая леди»? – спросила Беттина.

– Что? Ах да, – широко улыбнулся Тристан.

– Думаешь? – кокетливо прищурилась Беттина. – Боюсь, ты постарался сломить мою гордость.

– Но несколько минут назад ты мне едва глаза не выцарапала!

– Очень больно было, капитан? Что-то ваших ранений не видно! – пошутила она.

Тристан улыбнулся и сменил тему разговора, видя, что девушка явно ведет какую-то игру.

– Посмотрю, может, в трюме есть какие-нибудь ткани. Сможешь сшить несколько платьев полегче. Заодно будет чем заняться.

– Спасибо.

Тристан испытующе взглянул на девушку. Он не ожидал выражения благодарности и теперь поклялся узнать, что же она замышляет… Раздумывая, что лучше предпринять, он вышел из каюты.

Вскоре появилась Мадлен с блюдом тушеного мяса, и женщины пообедали вместе: служанка заметила, что питомица в хорошем настроении, но ничего не спросила, решив, что та наконец примирилась с судьбой.

На рассвете судно покинуло Тортолу, но Беттина ничего не знала, пока Мадлен не сказала ей, и очень рассердилась, что капитан смог настолько отвлечь ее и теперь она думает только о нем.

Тристан вернулся к полудню с двумя отрезами шелка пастельных тонов; сбросив их на стол вместе с клубками кружев и катушками ниток, вытащил из-за пояса позолоченные ножницы и, нерешительно вертя их в руках, спросил:"

"– Даешь слово, что не попытаешься воткнуть их мне в сердце?

– Я же сказала, что не стану убивать тебя, Тристан, – ответила Беттина, разглядывая ткани.