Любовь пирата

 – Я ее раньше увидел!

– Убирайся, шлюха! – заорал толстяк, стоявший за стойкой бара. – Сейчас из-за тебя тут ад начнется!

Но между спорившими уже началась драка. Остальные присоединились, явно желая размяться, и через секунду уже ничего нельзя было понять – вопли, крики, звуки ударов, валяющиеся без сознания матросы. Беттина попятилась к выходу, но на плечо опустилась тяжелая рука.

– Ты заплатишь за все! – прорычал кабатчик. – Гляди, какая потасовка!

Беттина быстро вырвалась и побежала к двери, но хозяин не отставал.

– Месье, вы жандарм? – запыхавшись, спросила она.

– Что?

Беттина почему-то предполагала, что очутилась во французской колонии, и только сейчас, поняв свою ошибку, перешла на английский.

– Вы представитель закона?

Но мужчина в мундире обернулся к толстяку, перебегавшему площадь.

– Что ты натворила, девушка? – удивился он.

– Ничего. Я искала полицейского, когда…

– Арестуйте ее! – еще издали завопил кабатчик.

– Что она сделала?

– Появилась в моем заведении… в таком виде! Из-за нее все передрались. Убытков не сочтешь!

– Это правда, девушка? – строго спросил полицейский.

– Я только искала помощи, а на улице никого не было, – пролепетала Беттина.

– Помощи?

– В гавани – пиратское судно. Они держали меня в плену. Мне удалось сбежать, и я искала, где находятся местные власти, но тут…

Она замолчала, услышав громкий смех.

– Можешь не рассказывать сказки! – объявил полицейский. – Ну, заплатишь за убытки или я тебя арестую?!

– Но я говорю правду, – настаивала девушка.

– Есть у тебя деньги или нет? – снова спросил полицейский с явным раздражением.

– Нет.

– Тогда пойдем.

Взяв Беттину за руку, он повел ее вниз по улице.

– А мои денежки? – жалобно спросил кабатчик.

– Получишь все, как только продадим девушку в услужение.

– Выслушайте же меня! – умоляюще попросила Беттина.

– Можешь оставить свои сказки до судьи, – проворчал полицейский, подталкивая девушку к очень старому зданию в конце площади.

– Когда я увижу его?

– Дней через десять. Кроме тебя, есть и другие.

– Но пираты к тому времени покинут гавань.

Полицейский, развернув Беттину лицом к себе, презрительно усмехнулся.

– К нам пиратские суда не заходят! И если наплетешь судье эти бредни, тот продаст тебя в услужение не меньше чем на семь лет.