Любовь пирата

Глава 25

Где-то среди ночи Беттина медленно выплыла из сна. По крыше стучали капли дождя – буря только начиналась. Девушка нехотя встала, сделала несколько шагов к окну – стало холодно и нужно прикрыть ставни. В комнате стояла непроглядная темень, а дождь заглушал все звуки.

К счастью, в комнате было немного мебели, так что споткнуться Беттина не могла, но на полпути кто-то схватил ее за волосы, прижал к мокрому насквозь телу. Девушка раскрыла рот, чтобы закричать, но неизвестный сунул ей смятый платок чуть ли не в глотку.

Незнакомец нагнулся над ней. На лицо девушки упало несколько капель, но различить в потемках, кто перед ней, было невозможно.

– Прости, что должен связать тебя, малышка, но ты плохо вела себя, и рисковать больше я не желаю. На улице сильный ливень, так что сейчас заверну тебя в одеяло, хотя сам не пойму, почему нужно так заботиться о тебе после всего, что было?

В душе Беттины взорвалась ярость. Что делает здесь Тристан? Должно быть, покинул свой остров через день-два после ее бегства. Он должен был заниматься поисками день, неделю… почему не сделал этого? И зачем отправился за ней? Он и так должен был доставить ее на Сен-Мартен.

Завернув девушку в плотное одеяло, Тристан поднял ее и быстро вынес на галерею. Беттина чувствовала, как капли дождя бьют по тяжелой ткани, а ноги намокли.

Наконец Тристан поставил ее у стены.

– Подождем, пока не придет Жюль. Мы разделились, чтобы обыскать весь дом. Нужно вернуться на судно до рассвета, а я потерял уйму времени, разыскивая это место.

Беттина прокляла того, кто объяснил ему, как сюда добраться. Но когда утром обнаружат ее исчезновение, мать поймет, что случилось, и заставит Пьера отправиться на поиски, сделает все, чтобы спасти дочь.

– Тристан, я нашел ее.

– Не знаю, кого ты притащил, Жюль, но уж точно не Беттину. Беттина у меня.

Тристан стиснул руки, вынуждая девушку прижаться к его груди.

– Но я по твоему совету зажег свечу: у этой дамы длинные белые волосы, – настаивал Жюль.

– Я сделал то же самое, – нетерпеливо огрызнулся Тристан, – говорю тебе: Беттина – вот эта.