Любовь на сладкое

 — Марат поморщился, словно Холодов — это не красивый харизматичный мужчина, которого обязательно заметишь везде, а надоедливая муха, которая все кружит рядом и никак не улетит.

— Ладно, бог с ним, с Холодовым. Он никуда не денется, а вот я…"

"— А потом посмотрел тебе в глаза и сразу узнал. Нельзя было не узнать. — Марат мягко улыбается, и от его улыбки у меня больно щемит сердце. — Светлый и грустный ребенок. Уже не ребенок — взрослая и очень красивая, — быстро поправился он. — Приятные изменения, верно?

Очень, потому что ты мне говоришь о них, но знал бы, чего они мне стоили!

— Я была очень рада, что ты тогда позвонил, — заставила я себя признаться.

— Я тогда порвал с Элиной. Окончательно. Ее ведь тоже помнишь? Не забыла?

Забыть? Я ее никогда не забуду, Марат. Это такие, как Элина, могут забыть, скольких людей они ломают каждый день. Всех и не упомнишь, наверное.

Я помню, с каким нескрываемым превосходством она со мной говорила. В один день рухнул весь мой крохотный мир.

— …и Марат никогда ни о чем не узнает. Поняла? Это в твоих интересах. Если он прочитает твой дневник, то станет презирать тебя. Поймет, наконец, что ты из себя представляешь. Ты хоть знаешь, как парни относятся к тем, кто их сталкерит?

— Я не… — Слезы, которые я с неимоверным трудом сдерживала, оказались сильнее меня.

— Что не? Тебе зачитать вслух? Нет, лучше это ты почитаешь — комменты под постом о твоих подвигах. А? Хочешь?

— Н-нет. — Я стою перед ней, глотая слезы, и молю бога, чтобы мое унижение больше никто не увидел. Особенно Марат, только не Марат! — Я сделаю, как ты хочешь.

— Будешь делом доказывать, Метла. Я понятно сказала? Повтори!

— Да. Понятно.

Тогда я успокаивала себя тем, что больно будет только мне. А он и не заметит моего исчезновения.

— Конечно, я помню Элину. Незадолго до вашего выпускного с ней произошел несчастный случай. Она была в критическом состоянии.

И это еще больше привязало тебя к ней. Ведь ты был рядом с ней, когда она споткнулась и упала с обледенелой лестницы.