Любовь к цветам и маникюру

Целовал жадно, напористо, впившись в ее рот губами, прижимая ее одной рукой к себе, а второй рукой, задрав ей узкую юбку, трогал ее ТАМ, в стыдном месте. Девчонка стонала, явно получая удовольствие от этого. Ольга застыла столбом, ноги будто приросли к земле."

"– Сеня, Сенечка, да… еще… о, даа… – девчонка стонала и прижималась уже сама к его руке, которая была уже в ее красивых кружевных трусиках. Ольга таких трусиков не имела. Почему-то именно эти трусики приковывали взгляд Ольги. Эти, черт возьми, черные кружевные трусы, и под ними двигающаяся уверенно и быстро рука Арсения, стояли у Ольги перед глазами еще несколько дней.

Ольгу тогда вывел из ступора взгляд той девчонки, она вдруг распахнула глаза и встретилась глазами с Ольгой. Но не завизжала и даже не смутилась, а усмехнулась победно. Да, именно победно, торжествующе, вот, мол, смотри, он мой! А Сеня, едва та девчонка усмехнулась куда-то за его спину, замер. Затем медленно, словно боясь, что увидит за спиной хищного зверя, начал поворачивать к Ольге голову, и она, не дожидаясь, того, что будет застукана еще и им, убежала.

Ольга бежала, как первоклассник, застуканный за подглядыванием в замочную скважину за девочками, раздевающимися для урока физкультуры. Да, по сути, это ведь так и было! Она подглядывала! Щеки ее полыхали, внизу живота скрутился тугой узел чего-то странного и непонятного для нее самой. Ольга, в свои 18 лет, еще ни разу не целовалась с мальчиком! А от одной мысли о том, чтобы ее кто-то трогал ТАМ, она заливалась краской стыда.

На Сеню Ольга налетела уже почти около своего дома, выбежав из-за угла соседнего дома. Налетела, впечаталась всем телом в его твердое, как камень, тело. Ольга видела Сеню на пляже в одних плавках и знала, что он, несмотря на свою кажущуюся из-за одежды худобу, на самом деле состоит из одних мышц. Да, он не имел всех тех раздутых мышц, как бодибилдеры, а по-простому, качки.