Любовь к наследству прилагается

— Кирилл, — Устало вздохнула, скрещивая руки на груди, — признаю, что нам было хорошо, ты прекрасный любовник, опыт сказывается, но это просто приятно проведённое время. Ничего более. Так что давай не будем выходить за рамки дозволенного. Никаких встреч, ужинов и совместного времяпровождения. Ты помог мне справится с изменой парня, спасибо за это, но на этом все, — я подталкиваю его в сторону двери, но Царёв вдруг разворачивается ко мне и прижимает к стене. Его дыхание опаляет мое лицо, а пальцы нежно проводят по губам.

— Брось, Левандовская, просто давай признаём, что между нами возникла… кхм, кхм… симпатия. Вот уж никогда не думал что скажу это. Но это не значит, что я не считаю тебя хамоватой девицей, которая решила прибрать к своим рукам мою компанию. У тебя сейчас два варианта: либо ты одеваешься, мы едем ко мне, ужинаем, а потом как сложится, либо я беру тебя прямо здесь, у стены, и ухожу домой. Потому что между нами ничего нет, как ты говоришь.

Кирилл испытывающее смотрит мне в глаза, на его лице бушет ярость и под его взглядом я сникаю.

— Ладно, просто ужин, — сдаюсь я и он отступает.

Через час мы поднимаемся в лифте на двенадцатый этаж. Между нами царит напряжение. И молчание. С тех пор как я села в его авто мы не проронили ни слова. Лифт останавливается и Царёв пропускает меня вперёд.

Его квартира — типичное холостяцкое гнездышко, с одним лишь отличием — здесь чисто. Идеально вылизано.

— Красиво, — произношу я, рассматривая город через окно.

— Спасибо. Я накрою на стол, подожди несколько минут. Вина? — суетится парень, подходя к холодильнику.

— Нет. Я… я приняла таблетки, так что сегодня у тебя не получится споить меня, — усмехаюсь я, с трудом удерживаясь чтобы не погладить свой живот. На лице расцветает счастливая улыбка и я отворачиваюсь от Кира, погружаясь в свои мысли.

Я все ещё переживаю по поводу своей беременности и жутко боюсь что с ребёнком может быть что-то не так. Что не смогу выносить его, что сделаю либо съем что-то не то.

Вечер проходит довольно-таки странно. Вкусная еда, приготовленная Царевым, две зажженные свечи на столе, тихая музыка и непринужденный разговор. В какой-то момент мне начинает казаться, что передо мной вовсе не Кирилл.