Любовь и повороты жизни

Ксения, конечно же, тоже проснулась, услышав будильник Леры.

– Спи, спи! Еще рано! Я на работу! – прошептала ей Лера, – я позже тебе позвоню.

– Угу! – было ей ответом.

Лера уехала из дома, когда все еще спали. Даже Ольга Николаевна не вышла из своей комнаты. Видно, она тоже устала за эти дни.

Настроение у Леры было странным. Похороны Вики, оформление бумаг на опеку над Олегом, ожидание результатов конкурса, на который она отправила заявку, вчерашний разговор с Валерием и предстоящий с ним ужин слились в один странный коктейль.

– Да еще и Лешка Кузьмин со своей истерикой в сообщениях! – Лера вспомнила Лешкины нелепые сообщения и усмехнулась:

– Вот ведь взрослый же мужик, следователь, а ведет себя как разведенка средних лет, честное слово! Осталось только застать его за прослушиванием песен одного известного певца, любимца всех разведенных женщин. Господи, да простят меня все разведеные женщины мира!"

"Хотя, конечно, эта Лешкина истерика очень облегчила Лере задачу выбора между двумя мужчинами.

Уж себе Лера могла в этом признаться. Предложи она сейчас Кузьмину только дружбу, и он будет рад. Но так будет нечестно по отношению именно к нему же самому. Так у него останется надежда, что Лера его простит, даст ему шанс все исправить и их дружба перерастет в нечто большее. Не перерастет. Нет у нее к Лешке никаких чувств, кроме дружеских. Сейчас, утром, да на свежую голову Лера это совершенно отчетливо понимала. И затягивать с разговором не хотелось. А то он решит еще, чего доброго, что она специально время тянет, отказываясь с ним встречаться.

Лера была уже у себя в офисе, когда ее телефон завибрировал входящим звонком, выдав имя ""Лешка"". Она собиралась выпить кофе, но не заварив его, по привычке, в кружке, а захотелось вдруг чего-нибудь вкусного и ужасно вредного к кофе. А для этого надо идти в кафе, расположенное на первом этаже их здания.

– О! Вот тебя то, голубчик, мне и надо! – прокомментировала Лера и сняла трубку.

– Слушаю тебя, Алексей!

От Кузьмина не ускользнуло то, как она его назвала, и это было неприятно.

– Лер, прости дурака, а? Знаю, что мне нельзя пить, а если уж выпил, то телефон мне в руки нельзя давать, а вот все равно наступаю на эти грабли! Сам же потом и страдаю от этого! Лер, мне очень стыдно за все то, что я тут тебе вчера понаписал.