Любимая пешка короля

- Сиди ешь! – выплюнул команду Его Величество.

И что интересно: пару минут назад я мечтала спокойно посидеть и поесть. А теперь больше всего хотела встать и запулить бутербродом в высокомерную морду.

Мы, женщины, такие спонтанные.

Однако взгляд короля ничего доброго не предвещал. Зато сколько недоброго, если я посмею ступить на земли неодетого соперника...

Уфф! Меня аж пробрало, и я быстренько вгрызлась в мясо.

Я успела наесться, как собачка до отвала, когда из своей двери вышел тай Леонарду. Ну ё-моё! И почему мне не приснился он? Даже не знаю, в чью пользу в итоге был бы мой выбор.

Мы, женщины, такие неразборчивые.

Несколькими секундами позже из своей гардеробной вышел король.

Нет, при всём богатстве выбора другой альтернативы у меня не было. Во-первых, король был о-го-го! Даже о-го-го-го-го! А во-вторых, его взгляд недвусмысленно говорил, что здесь мне не демократия.

- Мы пришлем камеристку, - заявили Оне, удовлетворившись моим восторгом. – Будьте готовы к обеду.

И упылили. Все вчетвером.

Я обвисла в кресле. Не каждый день слабой женщине выпадает такая непосильная эстетическая нагрузка."

"Не прошло и пары минут, как в королевскую опочивальню впорхнула давешняя любопытная девица. Меня в две секунды раздели и начали послойно одевать. Пришлось натянуть секспытательные панталоны. Я пошла на эту сделку с совестью, пока не придумала другой выход.

Упаковав меня в бирюзовое платье («Его Величество велели к обеду!» Я там что, тортом буду?), камеристка усадила меня на пуфик. Нигде больше сесть не получалось из-за, творцу его под хвост за заднюю ногу, кринолина. Потом она открыла странной конструкции ридикюль, вынула оттуда набор юного художника и принялась рисовать мне  лицо.

- А можно возле зеркала? – попросила я.

- Потом посмотритесь, - отмахнулась она.

Я выдохнула. Придется ждать и надеяться, что в самом крайнем случае у меня будет время смыть боевую раскраску.

Если она смывается.

Но, закончив с лицом, девушка принялась драть мои волосы. А потом из глубин сумки извлекла арматуру для пизанской башни. Или еще какого-то хитроумного головного сооружения. Я стиснула зубы. Я здесь никто. За моей спиной никого нет. Кроме вооруженной щеткой камеристки.