Ставка на невинность (СИ)

Пошли, я тебе кое-что покажу… — с этими словами Бергман покидает салон автомобиля.

Даже понимая, что меня ждет какой-то подвох, я, как котёнок Гав, никак не могу совладать с любопытством. Неохотно я выбираюсь из машины вслед за Бергманом, который уже гремит ключами на крыльце.

Как только мы оказываемся в тепле, я удивлённо оглядываю интерьер. Открытая планировка первого этажа, явно недавно закончился ремонт, но мебели маловато.

— И что ты хотел мне показать? — недоумеваю я.

— Кузькину мать! — рявкает Бергман.

— Что? — офигиваю я.

— Левина, а Левина? Я, может, и козёл, но не баран. Как долго ты планировала вводить меня занос? — он неумолимо надвигается на меня, по пути расставаясь с пальто и бросая его на диванчик в холле.

— О чем ты? — пячусь я, а сердце моё колотится в адреналиновом всплеске.

— Ты же у нас последняя девственница города… — Герман делает бросок в мою сторону, а я резво отскакиваю, но он успевает сорвать с меня шарф.

— И что? Это грех? — пытаясь остановить его, я совершаю несусветную глупость — бросаю в него перчатками.

— Нет, лапочка, это не грех. А вот обманывать старших — нехорошо, — настигнув, Бергман вытряхивает меня из пальто, и оно приземляется на том же диване.

— С чего ты взял, что я врала? — я драпаю в сторону кухни, но коварная плитка меня подводит, вызывая чувство дежавю.

Уже в проеме на кухню я поскальзываюсь на скользком кафеле благодаря подтаявшему снегу с моих каблуков, правда, в этот раз Бергман ловит меня со спины и держит крепко.

Очень крепко.

Прижимая к себе так, что я в прямом смысле слова задницей чую грядущие последствия, те самые, о которых он говорил.

И обмякаю в руках.

Холодок, поселившийся в животе, медленно нагревается по мере того, как Гера жарко шепчет мне на ухо:

— С того, Левина, что мне довелось полистать твои соцсети. Ты спрашивала, как я узнал адрес? Мне его сказала именинница. Хотел спросить у своей матери ее номер телефона, чтобы сделать тебе сюрприз, извиниться, так сказать, но мама была в салоне и не отвечала.

— Что? — слабеющим голосом блею я, потому что Бергман бесстыдно трется о мою попку своим стояком.

— Все, Левина. Я увидел все, — Герман разворачивает меня к себе лицом и зажимает у стены.