Люби меня по-французски

Глава 11

Лукас пришел за мной в полдень, приветствуя меня своими уже привычными поцелуями в щеки. На этот раз я тоже поцеловала его в щеки, и прикосновение моих губ к его щетине меня возбудило. Мой желудок сделал сальто.

Притормози, девочка…

— Доброе утро, — я подумала, было ли это бестактным, предложить ему пропустить осмотр достопримечательностей и сразу перейти к сексу.

— Доброе утро. — Он убрал локон с моего лба. — Как спала?

— Как младенец. А ты?

— Также. — Он наклонился и прошептал мне в ухо: — За исключением того, что я проснулся с мыслями о тебе и стояком.

"Мое сердце забилось сильнее, когда я представила, как он мастурбирует, думая обо мне. Черт, это на самом деле было очень сексуально. Мне нужно было положить сменное белье себе в сумку. Так как это уже влажное.

— Я тоже проснулась, думая о тебе, — прошептала я. — И когда я хожу, у меня болит все тело.

— Правда? — он выглядел довольным собой. — Я могу отвести тебя в твою комнату и сделать массаж. Это поможет?

Я покачала головой.

— Заманчиво, но это не поможет, потому что я уверена, что массаж приведет к другим вещам.

— Ты права. Нам лучше пойти. Чем больше я стою здесь, глядя на тебя, тем больше мой разум задумывается об этих других вещах. — Он указал в сторону двери. — Париж ждет, принцесса, а я знаю, что ты чувствуешь к Парижу.

Я собиралась сказать: «К черту, Париж, давай просто займемся другими вещами», когда вспомнила, что это будет мой последний шанс увидеть город с ним, как с гидом, и мне правда очень нравилось, как он рассказывал об известных местах, которые показывал.

— Ладно. Что будем делать сегодня?

Положив руку мне на поясницу, он повел меня по вестибюлю и на выход из отеля.

— Ну, я подумал, что, может, для начала мы побродим по Маре (прим. пер. — также Марэ — фр.Le Marais — квартал Парижа на правом берегу Сены, восточней Бобура).

— Идеально.

Мы сидели в метро, и я думала о сексе. Лукас держал меня за руку, пока мы проходили по старинным улицам, и я думала о сексе. Мы восхищались архитектурой эпох Средневековья и Возрождения, ели сэндвичи, сидя на траве на площади Вогезов и осматривали музей Виктора Гюго. Все это время я думала о сексе.