Люби меня вечно

Это был энергичный, обаятельный молодой человек, регулярно принимавший участие в работе Палаты лордов, где занял место тяжелобольного отца. Его семья была богатой, владела недвижимостью в Лондоне. С их именем никогда не были связаны скандалы или сплетни. После смерти отца Говард унаследует титул маркиза — а по слухам, это произойдет совсем скоро.

Да, виконт Кэнстон был одним из самых завидных женихов Лондона, идеально подходящим для любой молодой мисс, включая Кимберли. К тому же очень недурен собой — если вам по вкусу златовласые адонисы.

Меган очень хотелось сказать об этом типе что-нибудь неприятное — потому что, по ее мнению, Кимберли идеально подошел бы Лахлан. Но справедливость требовала, чтобы она по крайней мере пригласила Кэнстона на ближайшие несколько недель в Шерринг-Кросс, да и лорда Кента надо пригласить. Если уж на то пошло, нужно сказать Маргарет, чтобы она пригласила каких-нибудь молодых девиц для Лахлана.

Меган тихо вздохнула. Порой ужасно трудно поступать так, как требует справедливость! Сейчас был именно такой случай.

— Говард будет прекрасным мужем. Кто-нибудь еще?

Неудивительно, что Кимберли назвала еще три имени. В конце концов девушка приехала, чтобы выйти замуж, и, похоже, не намерена была тратить время только на развлечения.

Однако Меган удивлялась, почему, находясь по соседству с таким образцом мужественности, Кимберли нисколько не заинтересовалась Лахланом.

А если заинтересовалась, но скрывала это, значит, она хорошо умеет хранить тайны.

Но, как бы Меган ни хотелось, такой вопрос сейчас задавать было не время — рядом стоял Лахлан, почти не скрывающий своего интереса к их разговору."

"Двери, ведущие на балкон из залы, распахнулись, и в проеме возникла фигура Девлина. Он сразу же направился к ним. Прикрыв рот рукой, он сделал вид, что старается говорить шепотом, хотя все трое прекрасно расслышали его слова:

— Меган, дорогая, спаси меня от Генриетты Маркс. Она полна решимости изложить мне политические взгляды своего мужа, а всему свету известно, что я их не разделяю.

В его голосе звучали и недовольство, и настойчивость. Меган не успела ничего ответить или даже извиниться перед своими спутниками, как герцог шагнул вперед и, приветливо улыбнувшись Кимберли и не посмотрев на Лахлана, быстро увел Меган обратно в бальную залу.

Меган сразу же отметила, что за ним по пятам вовсе не следовала никакая дракониха, о чем тут же и сказала:

— Я не вижу Генриетты.