Лисье золото

Это была не агрессия, это была жалкая попытка избежать новой боли. Пёс не привык доверять людям. Родственная душа.

– Спокойно, дружок. Все хорошо. – Ю говорила тихо и ласково. Таким же тихим и ласковым тоном разговаривал дед со смертельно раненным оленем перед тем, как одним ударом охотничьего ножа положить конец его страданиям. – Не бойся.

Она коснулась пальцами свалявшейся, пропитанной грязью и кровью шерсти, мягко провела ладонью по загривку. Вслед за её движением по шкуре зверя пробежала нервная дрожь.

– Видишь, он меня не тронет. – Ю оглянулась, но Алекса рядом с собой не увидела. Жалкий трус. Испугался несчастной раненной собаки. А плевать!

Ю принялась осматривать рану пса. Пёс ворчал и скалился, но не делал попытки её укусить. Потерял силы? Или решил довериться?

– Так, планы меняются. – Увлёкшись осмотром, Ю не заметила, как вернулся Алекс.

В руках он держал свернутое в рулон одеяло.

– Ты что-то понимаешь в звериных ранах? – спросил он, присаживаясь рядом с Ю на корточки.

– Я понимаю, что это огнестрел и что ему больно. – Она погладила пса по голове.

– Ясно. – Алекс принялся раскатывать на дороге одеяло. – Надеюсь, он не бешеный, но ты на всякий случай отойди.

– Что ты собираешься делать?

Алекс положил свою ладонь на хребет пса рядом с ладонью Ю.

– Ну что, друг, – сказал он неожиданно ласковым тоном, – сейчас будет немного больно, а потом полегчает.

Его движение было неожиданно быстрым. Таким неожиданным и таким быстрым, что отреагировать на него не успели ни Ю, ни пёс.

– Что ты ему уколол? – спросила Ю. Собственную руку она тоже отдернула. Отчасти от неожиданности, а отчасти из соображений безопасности.

– Обезболивающее. Вожу с собой в аптечке на всякий случай.

– Сильное? – Ю посмотрела на него с интересом.

– Нормальное.

Алекс смотрел только на пса. Тот перестал скулить, прикрыл глаза.

– Ты сказал, планы меняются? – Ю снова положила ладонь на загривок зверя.

– Надо как-то перетащить его на одеяло, – сказал Алекс задумчиво.

– А потом?

– А потом разберёмся.

– То есть, мы его не бросим тут? Мы будем его спасать?

– Да.

Его «да» было таким жестким и таким категоричным, что Ю даже не попыталась возразить. Да и не думала она возражать.