Лёд и Пламя

— Не думаю, чтоб ты был прав. Хьюстон очень разумна, а эта история с Вестфилдом заставила ее повзрослеть. Такие вещи имеют огромное значение для женщин.

Кейн обернулся лицом к своему другу.

— Она прекрасно утешилась, — сказал он, жестом охватывая дом.

— Не уверен, что ее интересуют только твои деньги, — задумчиво сказал Эден.

Кейн хмыкнул:

— Ну конечно, дело в моей изысканной манере держать столовый прибор. Я хочу, чтобы ты последил за ней.

— Ты хочешь сказать, чтобы я шпионил за ней?

— Она обручена с богатым мужчиной.

Эден удивленно приподнял брови:

— Дело в этом, или ты боишься, что она снова встретится с Фентоном?

— Почти каждую среду она проводит в церкви, и я хочу знать, что она там делает.

— А, так ты беспокоишься по поводу красавца преподобного отца Томаса.

— Я, черт возьми, не беспокоюсь ни по чьему поводу! — закричал Кейн. — Сделай то, что я сказал, и проследи за ней.

С отвращением во взгляде Эден встал:

— Интересно, представляет ли Хьюстон, во что ввязывается?

Кейн снова отвернулся к окну:

— Женщина готова на многое, чтобы прикарманить миллионы.

Не сказав ни слова в ответ, Эден вышел из комнаты.

Хьюстон, одетая в слишком теплый, подбитый ватой костюм Сэйди, легко управляла лошадьми, пробираясь к шахте «Маленькая Памела». Побеседовав с преподобным Томасом, она пришла к мысли, что стоит поговорить с Джин о предстоящей свадьбе. Хьюстон все еще хотелось верить в то, что Джин находится в полной безопасности, так как не знает, кто такая Сэйди на самом деле, но преподобный Томас снова покровительственно объяснил ей, что тайна давно уже раскрыта.

Теперь, подъезжая к шахте, Хьюстон почувствовала, что ждет не дождется момента, когда сможет поговорить с Джин. Джин всегда казалась такой спокойной и разумной, и несмотря на то, что она не знала Кейна, она все-таки была его кузиной.

Охрана у ворот пропустила Хьюстон, даже не окликнув, и она поехала прямиком к дому Таггертов.

Джин уже ждала ее.

— Все нормально? — спросила она, но вдруг осеклась и взглянула в глаза Хьюстон. — Я рада, что ты наконец узнала, — мягко сказала она.

— Давай сначала развезем продукты, а потом сможем поговорить, — предложила Хьюстон.

Через несколько часов они вернулись обратно в домик Джин. Хьюстон достала из кармана пакет чая.

— Это тебе.

Пока Джин заваривала чай, они обе молчали. Джин заговорила, когда они сели.

— Итак, мы с тобой теперь породнимся благодаря твоей свадьбе.