Лёд и Пламя

Пам дала мне пятьсот долларов, и я купил на них использованный золотой прииск. Мне удалось выжать из него золота на пару тысяч долларов, и я купил на эти деньги землю в Сан-Франциско. Через два дня я продал эту землю в полтора раза дороже. Я купил еще землю, продал ее, купил завод по производству гвоздей, продал его, купил небольшую железнодорожную линию… Ну вот, теперь вы имеете какое-то представление.

— Вы слышали, что Памела Фентон овдовела? — спросила Хьюстон так, будто это ее вовсе не интересовало.

— Когда?

— Мне кажется, ее муж умер несколько месяцев назад.

Кейн смотрел на Хьюстон на протяжении нескольких минут, словно впервые ее видел.

— Забавно, как все складывается, а?

— Что вы имеете в виду?

— Если б я не пригласил вас тогда на ужин, ваша сестра не провела бы вечер с Лиандером, и вы бы сейчас вышли за него замуж.

Она затаила дыхание.

— А если бы вы знали, что Памела свободна, вы бы не пригласили меня на ужин. Мистер Таггерт, вы свободны и имеете право расторгнуть нашу помолвку в любой момент.

— Не начинайте по новой, а? — сказал он, поднимаясь на ноги. — Почему бы вам не говорить по-другому хотя бы иногда?

Испытав огромное облегчение, Хьюстон встала:

— Я просто подумала, что, возможно…

Кейн повернулся к ней и сгреб ее в объятия.

— Чертова женщина, заткнитесь, сделайте милость, — сказал он и поцеловал ее.

Хьюстон и не думала протестовать.

Во вторник рано утром Вилли сообщил Хьюстон, что мисс Лавиния Ларуа может встретиться с ней в девять часов утра рядом с зеленым театром в парке Фентонов.

Когда Хьюстон пришла на место встречи, ее уже ждала женщина в пестром платье, приземистая, темноволосая, с невероятных размеров грудью.

«Интересно, сколько подложено туда?» — подумала Хьюстон.

— Доброе утро, мисс Ларуа. Очень любезно с вашей стороны встретиться со мной так рано.

— Для меня это поздно. Я еще не ложилась. Так вы та самая, на которой женится Кейн. Я говорила, что если он захочет, сможет купить себе любую леди.

Хьюстон одарила ее ледяным взглядом.

— Ну ладно, — сказала Лавиния. — Вы же не ждали, что я брошусь к вам на шею, так ведь? Вы же отбираете у меня источник дохода.

— Мистер Таггерт для вас только источник доходов?

— Он хорош в постели, если вы это имеете в виду, но, честно говоря, я его побаиваюсь. Никогда не знаю, что он от меня хочет. Временами ведет себя так, будто не выносит меня, а потом ему все мало.

Хьюстон поняла, что чувствует то же самое, но вслух ничего не сказала.