Лидерство во льдах. Антарктическая одиссея Шеклтона

Жажда больше никого не волновала, как и все остальное. Единственно важным было одно: чтобы шлюпка оставалась целой и они могли ощущать твердую палубу под ногами. Каждый рулевой то и дело ободряюще кричал тем, кто был внизу: «Она сможет, она справится!»

Но шлюпка не справлялась. К семи тридцати они были уже совсем недалеко от острова. В звуках волн, разбивавшихся о его берега, тонули даже завывания ветра. Вспененные волны, отходя от берега, закручивались вокруг «Кэйрда», а вершины острова находились так близко, что людям приходилось задирать головы, чтобы посмотреть на них.

Уорсли угнетали мысли об их ужасной судьбе. Он вспомнил о своем дневнике, который вел с тех пор, как почти семнадцать месяцев назад они отплыли от берегов Южной Георгии. Этот дневник и сейчас лежал на дне «Кэйрда», завернутый в какие-то лохмотья и насквозь промокший. Утонет шлюпка — дневник утонет вместе с ней. Уорсли думал не о смерти, которая казалась неизбежной, а о том, что никто никогда не узнает, как близки они были к цели.

Он ждал этого момента, в напряжении застыв у румпеля, готовясь к концу, представляя, как дно шлюпки напорется на какой-нибудь камень.

«Она обходит! — закричал он. — Она обходит!»

Все замерли и тут же увидели звезды слева по курсу. Остров больше не стоял у них на пути. Они не знали, как и почему это произошло, возможно, какая-то приливная волна отбросила их в море.

Теперь оставалось последнее препятствие — скала Мислейд, находившаяся в трех четвертях мили от острова Анненкова. Поэтому они держались юго-западного курса, как можно точнее по ветру. Но все оказалось проще. Рев приливных волн стал стихать, и вскоре все было позади.

Они сразу почувствовали себя безмерно усталыми, какими-то онемевшими и безразличными ко всему. Буря тоже, казалось, устала, или же поняла, что проиграла.

Они развернулись и поплыли на северо-запад.

Воду продолжали вычерпывать почти до полуночи, пока ее уровень не снизился настолько, что для откачки хватало трех человек. Затем люди Уорсли пошли спать, а Шеклтон, Крин и Макниш остались дежурить."

"Жажда снова вернулась, и на этот раз чувствовалась сильнее, чем раньше. Но у них оставалось всего две пинты воды, и Шеклтон решил поберечь ее до утра.