Левиафан

Внезапно Мэтью словно поразило громом. Он вытянулся, как струна. Мой мальчик. Неужели Фэлл действительно обратился к нему… с чем? С нежностью? У Мэтью возникло ощущение, будто он снова оказался на Голгофе, где его разум подвергся отравляющему действию местных газов. В это было трудно поверить, но этот старик больше не был тем Профессором Фэллом, которого Мэтью когда-то знал. Эта мысль пугала, но… по крайней мере, Фэлл больше не был гением преступного мира. Он стал тем профессором, каким был много лет назад, до того, как его сына Темплтона избила до смерти шайка разбойников на улице Лондона.

До того, как Фэлл поклялся отомстить за смерть сына и угодил в паутину криминального мира, в корне изменив свою жизнь. Теперь он был просто ученым, изучающим морские организмы. Мэтью заметил, что движения Фэлла все еще были немного скованными, но уже не настолько, как на Голгофе. Он не был ни вялым, ни озлобленным. Здесь Фэлл был энергичен. Он подолгу прогуливался по улице, зарисовывал интересных морских обитателей. Ему нравилось проводить время в компании молодой леди из «Премьер Лансеро», хотя та была на сорок лет моложе него.

Мэтью отметил, что эти разительные перемены начались с момента, когда Сантьяго оставил у себя «Малый ключ Соломона», и эта проклятая книга больше не показывалась Профессору на глаза. Он не повесил ни Мэтью, ни его соотечественников, поскольку весь рассказ молодого решателя проблем оказался правдой, в том числе о Профессоре Фэлле и о причастности Кардинала Блэка к этой истории… и, разумеется, о зеркале Киро Валериани и легенде о том, что оно якобы является порталом в Преисподнюю.

Мэтью рассказал обо всем, даже о том, зачем они направились в Венецию — чтобы отыскать сына Валериани Бразио.

Сантьяго, как ни странно, не посмеялся над его рассказом, пусть тот и граничил с сумасшествием. Более того, он открыл книгу в присутствии Мэтью и с озадаченным видом перелистывал страницу за страницей. Мэтью подумал, что, когда Сантьяго забрал книгу, поиски Бразио Валериани и зеркала закончились.

И, когда это осознал Профессор Фэлл, пелена спала с его глаз. Теперь в поисках не было никакого смысла. И хотя Блэк долго злился и ругался, пытаясь каким-то образом вернуть книгу, все понимали, что это конец. В потере книги Профессор обрел своего рода свободу. Он освободился от оков своего прошлого. Он взял перо, чернильницу и бумагу и начал зарисовывать морских обитателей Альгеро. Он рисовал не только их, и здесь ему улыбнулась удача.