Левиафан

Мэтью слишком хотел спать, поэтому не мог долго наблюдать за ней, но видел, как она с явным интересом останавливается на некоторых страницах… уже не в первый раз. Он снова задумался, чего испанцы хотели от книги. Разумеется, вся эта история с тем, чтобы спрятать ее и зеркало подальше от всего мира, была ложью. Чего они хотели на самом деле? И почему отправили на это задание именно Камиллу Эспазиель?

Он вспомнил краткие обрывки ее истории. Преподавательница языков в университете превратилась в охотницу на ведьм, как ее дед и ее отец.

Было и еще кое-что, что занимало Мэтью. Несколько раз он замечал, как Камилла пристально смотрит на Хадсона, однако быстро отводит взгляд.

Мэтью и здесь хотелось узнать как можно больше, но он считал это щекотливой темой.

Этим утром небо затянули плотные серые тучи. Сильный ветер раскачивал верхушки сосен. Мэтью чувствовал в воздухе запах сырости.

Члены поисковой группы подготовили еду и воду, свернули спальные мешки, запрягли лошадей и тронулись в путь.

Андрадо снова сидел на козлах первой повозки, а один из солдат — тот самый, который прошлой ночью напился, но уже пришел в себя, — сидел на козлах второй. Профессор Фэлл расположился рядом с испанцем, и группа была готова продолжать путь. Они двигались по козьей тропе около десяти минут, когда Хадсон спросил Камилу:

— Вам известно, кто может за нами следить?

— Нет. Если за нами и вправду следят.

— Это могут быть просто путники, которые идут в том же направлении, — предположил Мэтью.

— Возможно, — сказал Хадсон. — Кто еще знает об этом зеркале?

Камилла покачала головой.

— Понятия не имею.

— А как насчет того виноторговца, к которому вы ходили? Спагетти.

— Менегетти, — поправил Мэтью.

— Неважно. Вы ведь спросили, известно ли ему имя Бразио Валериани, верно?

Камилла наградила его весьма придирчивым взглядом.

— Хадсон, мы не идиоты, — сказал Мэтью.

— Но он единственный, с кем вы говорили?

— Единственный, — подтвердил Мэтью.