Случайный шаг

С караванами охрана крепкая ходит, а у охраны той доспех почитай весь стальной. Навроде твоей кольчуги. Так просто стрелой и не возьмешь.

– Так они в кольчугах или в сплошном доспехе? – не понял Беломир.

– А по-всякому бывает. У персов ведь с железом не так, как у нас. Они и булат свой куют, – с тоской в голосе вздохнул Векша.

– Булат в Дамаске куют, – автоматически поправил его Беломир. – Но кое в чем ты прав. С металлами у них просто. Эх, найти бы прутья железа да стали отдельно, можно было бы самим попробовать булат отковать.

– Погоди, так ты что ж, знаешь, как булат ковать? – ахнул кузнец, едва не уронив железку, заменявшую пресс, себе на ногу.

– Тихо ты, бугай дурной, – зашипел на него Беломир, сообразив, что слишком распустил язык. – Всю работу свою испортишь. Слышал я, как его делают, потому и говорю, попробовать можно было б.

– Ох, непрост ты парень, – покачал кузнец головой.

– Далече, отсель не видать, – грустно усмехнулся Беломир.

– Домой охота? – чутко отреагировал на его вздох кузнец.

– Угу, – снова вздохнул парень. – Да только нет мне теперь туда ходу. Да и не дойду один.

– Чего это ходу нет? – удивился Векша.

– Так оса Перунова меня на людях ударила. Все видели, как исчез. А тут явлюсь вдруг. Живой, здоровый. Не поверят, что это я.

– Это да. Это может… – подумав, осторожно кивнул кузнец, продолжая катать проволоку.

– Ладно, Векша, пойду я, – свернул парень беседу.

– Спешишь куда? – насупился кузнец.

– Мне еще надобно кусок дерева подходящего для станочка найти, – быстро смягчил свои слова парень.

– А какого дерева тебе надобно? – заинтересовался Векша.

– Дубовой доски кусок или буковой, – напустил туману Беломир.

– Вон там, на полке глянь, – кивнул Векша в нужную сторону.

– Ты тут еще и плотник? – поддел его парень.

– Так иной раз и рукоять выточить, и выколотку сделать надобно. Вот и собираю всякое, – усмехнулся кузнец.

Подойдя к указанной стене, Беломир принялся с интересом перебирать бруски различной древесины. Найдя подходящий обрезок, он подобрал в куче старого хлама гвоздик и, присев на чурбачок, принялся вычерчивать нужную форму.