Шатун: Шаг в неизвестность. Казачий князь

Значит, для тебя это был праведный выбор?

– Не знаю, – растерянно мотнул Руслан чубом. – Я сделал так, как подсказали мне моя совесть и честь воина. Я не торгаш, чтобы наживаться на чужой беде. И я не хочу, чтобы дети умирали от голода. Это неправильно. Так не должно быть.

Ответить Ахмат не успел. Вошедший Захар доложил, что подвода с мукой готова и возница ждёт.

– Храни тебя Аллах, князь, – поднявшись, поклонился Ахмат, приложив руку к груди. – Я этого не забуду.

– И с тобой милость его, Ахмат, – ответил Шатун, поднимаясь.

– Его никто не тронет, князь. Клянусь, – гордо выпрямившись, решительно заверил горец.

Они вышли из дома, и Руслан, лично осмотрев груз и транспорт, одобрительно кивнул. Крепкий соловый мерин, запряженный в оглобли, легко поволок телегу к выезду из имения. Ахмат, вскочив на своего коня, развернул его головой к дому и заставил пятиться до самых ворот. Глядя, как ловко он управляет своим скакуном, Руслан только одобрительно усмехнулся.

– Ловок, чёрт, – одобрительно проворчал приведший горцу коня Кузьма. – И конь у него добрый.

– Ты уже успел и его осмотреть? – удивлённо повернулся к нему Руслан.

– Так гость твой, княже, – пожал плечами старый казак. – Не дело, ежели гостю коня не обиходили. Тем более такому.

– Ты его знаешь? – ещё больше удивился Шатун.

– Про рубку твою на ладони Аллаха только глухой не слыхал. А с кем ты рубился, почитай полгорода видело.

– Ты про что? – не понял Шатун.

– А про то, как ты из бывшего врага друга делаешь, – одобрительно усмехнулся казак и, развернувшись, не спеша отправился на конюшню.

* * *Получив примерное направление поиска противника, Рязанов напряг своих осведомителей. Руслан же решил обратиться к казачьему кругу. Выслушав его, старики быстро переглянулись и, молча кивнув, коротко ответили. Говорил самый старший из собравшихся ветеранов.

– Добре, княже.

– В станицах остались или покалеченные, или те, кто уже из реестра выписан. А турок солдат серьёзный. К тому же в такие команды не простых солдат собирают, а самых отпетых, которым терять нечего. Так что драться они станут до последнего. Казаки, может, и справятся, да только большой кровью. А у моего отряда для такого дела и оружие имеется походящее, и бойцы обучены.