Льдинка

– А он есть? – прищурилась Злата. – Самолет-то? Только не лги мне…

Блондин вздохнул. Ему и раньше что-то подсказывало, что с этой женщиной возникнут сложности, но сейчас он четко осознал, что она буквально буравит его мысли своим пронзительным взглядом глубоких зеленых глаз. Врать этой женщине было бесполезно, ему представлялось, что его череп превратился в стеклянный шар, в котором бенгальскими огнями вспыхивали мысли.

– Нет, – сказал он. – Самолета нет.

Артур удивленно присвистнул, но лицо Златы оставалось ровным, словно она ожидала этого ответа.

На востоке заалел рассвет…

Яна провела беспокойную ночь. Ей все время мерещились трупы, обнаруженные в доме. Ожившие, они бродили вокруг ее кровати, заунывно крича и протягивая к ней свои скрюченные руки.

Они проснулись и, наскоро выпив кофе, выдвинулись в путь. Рюкзаки на этот раз были тяжелее за счет пополнившихся запасов, которые Аммонит обнаружил на базе. Однако тяжелый рюкзак – ерунда, особенно когда знаешь, что в здешних местах крошка хлеба на вес золота.

Долгое время все шли молча, потом Тима спросил:

– Дильс, можно нескромный вопрос?

– Валяй, – отстраненно сказал Дильс.

– Как я понял, Злата отговаривала тебя, так? Она что, предвидела эту ситуацию?

Дильс ответил не сразу, натужно сопя и очищая усы от налипшего снега, потом все же ответил:

– Да, если можно так сказать. Это не раз спасало ее на войне.

Дильс говорил, не замечая, что Аммонит незаметно пристроился рядом и жадно ловил каждое его слово."

"– …Никогда не забуду наш поход в Закавказье два года назад. Мы были в Абхазии, в Новоафонских пещерах. Тогда нас было семеро – я, Злата, Артур, Костя и еще трое моих друзей, двое из них мои бывшие сослуживцы (альпинисты) и один профессиональный пловец. И если бы не Злата, страшно подумать, что было бы с нами. Мы залезли в такие дебри, что по сравнению с ними Тесей со своей нитью Ариадны в лабиринтах тихо покуривает в уголке.