Льдинка

Невероятно, но в его голосе проскальзывали нотки сожаления! При этом он поспешил добавить:

– Поверьте: мне очень жаль, но у меня не было иного выхода. Я не позволю допускать к Белому Савану посторонних. Хватит и вас.

Дильс чуть не задохнулся от негодования.

– Тварь, – тихо произнесла Злата и отвернулась. Костя сидел и хлопал глазами, как глупая кукла с испорченным механизмом, Аммонит недвусмысленно поглядывал на свои крупные кулаки, на скулах заиграли желваки. Дильс неторопливо встал на ноги. Внешне он был спокоен, но все видели, что внутри у него все клокочет от ярости и какого труда ему стоило держать себя в руках.

– В конце концов, ваши люди с Большой земли тоже не дураки. Единственная станция, кроме вашей зимовки, – чилийская, и они наверняка после…

Закончить Тух-Тух не успел, потому что Дильс уже летел на него. Тух-Тух даже не пробовал защищаться, он просто стоял с преисполненным фальшивой скорби лицом, как всегда скрестив на груди свои огромные руки. Первый удар Дильса пришелся ему в губы, второй в бровь.

Наконец Тима, первым опомнившись, бросился отдирать Дильса от норвежца, спустя секунду ему пришел на помощь Артур. К тому времени под правым глазом Тух-Туха набухала ссадина, из брови и губы сочилась кровь, стекая в бороду. Но его лицо оставалось умиротворенным. Будто Дильс лупил не мошенника, а служителя церкви, который после первой оплеухи услужливо подставляет вторую щеку, бормоча о необходимости смирения.

– Как вы могли? – спросила Яна, в глазах ее стояли слезы, и Тима даже не сразу сообразил, к кому она обращалась. – Как?! Вы же все знали?

– Я не солгал насчет самолета, – твердо сказал Тух-Тух, когда все-таки оттащили от него брыкающегося Дильса. Из-за разбитых губ фраза прозвучала так, как будто он пытался торопливо прожевать горячую котлету и что-то говорить при этом.

– Да?! – крикнул в бессильной злобе Дильс. Он дернул руками, освобождаясь от объятий Артура и Тимы. – Сколько раз ты уже врал нам, недоносок?

– Как печально это слышать, – Тух-Тух изобразил на окровавленном лице кривую улыбку. – Люди, которых ты сделал богачами, называют тебя недоноском.

– Если бы не эти люди, ты бы дохлым валялся в сугробе, – внес свою лепту Антон.

– В таком случае, зачем вы поперлись к чилийцам? – удивленно спросил Тух-Тух.