Лаврушка

Сейчас, – пропыхтел парень, на лбу которого уже появилась испарина.

– Не издевайся! – проворчала мама и обратилась к будущему зятю. – Тимоша, не волнуйся. Я сейчас всё сама принесу. А вы пока присаживайтесь все за стол. Открывайте вино, сок…

– …Самогон, соляру… – продолжил папа.

– Юра! – цокнула мама презрительно.

– Ладно, соляру откроем, когда закончится всё остальное. Да, Андрюха?

– У меня еще незамерзайка с собой есть, – поддержал он тестя, отодвигая стул, чтобы я села.

– Вещь! – прилетел нам папин лайк одобрения.

Всё, теперь жених точно нотариально заверен, одобрен и подходит по ГОСТу.

Глава 21

– Долго бокалы греть будем? – пробасил папа, оглядывая всех сидящих за столом.

– Так ты тост скажи, – выгнула мама бровь и смахнула со лба пушистую челку.

– Тост, говоришь? – папа медленно поднялся со стула. Держа бокал напротив солнечного сплетения, тепло всем улыбнулся. – Я тот еще мастер говорить, конечно. Но сегодня, прямо здесь и сейчас напрашивается тост-мечта, мои дорогие. Я хочу, чтобы таким составом мы собирались как можно чаще.

Мои пташки уже выросли и прекрасными птицами выпорхнули из родительского гнезда. И нам с мамой радостно наблюдать, что каждая из вас начинает выстраивать своё собственное гнездышко. По веточке, по прутику. И я верю и вижу прямо сейчас, что каждая из вас, мои дорогие, находится под надёжным крылом достойных вас орлов, – перевела смущенный взгляд на Андрея и поймала его лёгкую улыбку и быстрое подмигивание. – И мы хотим, чтобы эта надежность была с вами и оберегала на протяжении всей вашей долгой жизни. А мы с мамой будем счастливы, если вы не забудете о родительском гнезде, и будете иногда подкидывать в него своих птенцов. За вас, дорогие!

– Ох, Юра! – мама протёрла уголки глаз салфеткой и ею же обмахнулась."

"Все пригубили вино и отставили бокалы в стороны. Вилки зазвенели о тарелки. Каждый задумался о смысле слов сказанных папой. Они были правильными, они были к месту и произнесены им от души. Вот только мне маленький укол совести не позволял принять их в полной мере на свой счет.

Ведь мой «орёл» был фальшивым и крыло, прикрывающее меня от бурей и невзгод, висело надо мной временно и было изготовлено из ненадежного материала.

– Я надеюсь, орлы поняли, что в случае чего, старый орёл повыщипывает им пёрышки и пустит на суп? – словно между делом поинтересовался папа, разбирая запеченную им курицу на части.

– Как-то быстро орлы стали петухами, – прыснула я, стараясь громко не смеяться оттого, как побледнел Тимофей.