Лаврушка

– Ты же знаешь, что я не отстану.

– Отстань.

– Уже уходите? – вышел из кафе хозяин.

– Да, Кам, пора ехать, – кивнул Андрей и протянул ему купюру, от которой мужчина тут же отказался.

– Зачем обижаешь? – возмутился хозяин.

– Мало дал? – злорадно усмехнулась и тоже протянула ему купюру.

– Да как я могу брать с друзей деньги? – возмущался Камиль, тряся руками. – Ты же спас меня, родной! Разве после этого я могу с тебя хоть что-то взять? Это я тебе должен, а не ты мне!

– Спас? – свела я брови.

– Милая Шуня, – едва сдержала смех, услышав, как мое имя звучит с кавказским акцентом.

– Кам, прекращай, – ворчал за его спиной Андрей, отводя от меня взгляд.

– К осени ремонт закончим и такую свадьбу вам устроим! Вся область гудеть будет!

– Кама! – гаркнул на него Лавров, пока мои брови ползли к макушке.

– Да, дорогой! Что желаешь? – повернулся к нему наш эмоциональный знакомый.

– Мы не собираемся жениться, – умерил его пыл сосед.

– Ты хочешь эту красавицу отдать кому-то другому?! Ты в своем уме?! – еще немного и у мужчины случится сердечный приступ. Настолько он был возмущен. – Тогда я тем более не возьму денег у такого ишака!

Камиль обиделся вполне серьёзно. Всплеснув напоследок руками, он зашел в кафе и громко хлопнул стеклянной дверью.

– Пиндык, – выронил на выдохе Лавров и подложил купюру под опустошенную тарелку.

– Он же обидеться еще сильнее, если увидит, что ты оставил ему деньги.

– Пусть обижается, – буркнул Андрей. – Ему кафе надо отстраивать, а не друзей ублажать.

Откровенно говоря, не ожидала такой рациональности от вечно взбалмошного соседа. Мгновение подумав, тоже подложила тысячную купюру под тарелку и, закинув лямку рюкзака на плечо, спросила:

– Ну, что, ишак? Тыгы-дык?

– Тыгы-дык, зараза!

Глава 19

– Где иконка? – отогнула солнцезащитный козырек, пошарила на приборной панели между мной и Лавровым.

Нигде нет.

– Зачем она тебе? – Андрей безуспешно прятал улыбку, бросая мажущие взгляды в зеркало заднего вида.

– Вы с тем мужиком на легковушке уже дважды обогнали друг друга через сплошную, – указала большим пальцем себе за плечо, где за нашим джипом ехала та самая машина, которая не собиралась уступать нам первенство. – А я, знаешь ли, хочу доехать до родителей целой и невредимой, а не в мешке для трупов.

– Шунька ты, Шунька, – покачал он головой, смеясь. – В бардачке посмотри.