Лампа разыскивает Алладина

А знаешь, кто его раньше времени родиться заставил? Бабушка!

– Ложись-ка спать, – покачала головой Олеся, – придет же такая дурь в башку. У Марии Кирилловны характер не сахар, но в этом случае она повела себя благородно, ни словечком тебя не упрекнула.

– Правильно, – прошептала Аллочка, – а почему? Да очень просто. Она знала, что убьет моего ребеночка. Вот послушай, что расскажу.

Олеся вздохнула, но по мере того, как Алла излагала события, в душе сестры поселялось негодование. Оказывается, сегодня утром Алла пришла домой неожиданно рано, потому что из-за болезни учительницы отменили два последних урока.

Вошла в квартиру и услышала громкий, трубный голос Марии Кирилловны. Как все глуховатые люди, бабушка разговаривала на повышенных тонах, и очень скоро до Аллы дошла суть беседы.

Мария Кирилловна говорила, похоже, с врачом.

– Средство хорошее, действенное, сейчас отличные лекарства появились, нам бы их в свое время. Правда, долго ей в кашу подмешивать пришлось, не сразу-то роды начались, – вещала добрая бабушка.

 – Я купила еще про запас. Кстати, милочка, посоветуйте, что я малолетней проститутке могу в еду подсыпать, чтобы избежать повторения ситуации? Есть ли контрацептивы, желательно посильнее, для юных прошмандовок? Вот ведь горе! Мать свихнулась на мужиках, и доченька в нее пошла. Яблоко от яблоньки! Кстати, вдруг наука придумала и нечто, отбивающее охоту к совокуплениям? Куплю такое лекарство за любую цену!

Алла в ступоре выпала из дома, ноги сами собой привели ее к магазину, где она купила бутылку самого дешевого пойла.

С тех пор ее жизнь – хоровод пьянства и похмелья. Бабушку внучка ненавидит, та платит ей той же монетой, врезала во все двери замки, не пускает Аллу в кухню, ванную и туалет."

"– Убирайся на улицу, к своим приятелям-бомжам, – кричит она, – оставь мой дом.

Но Аллочка великолепно понимает, что ее существование бесит бабку, и поэтому уходить не собирается.

Олеся изо всех сил старается вытащить несчастную сестру из пучины пьянства. Она покупала ей лекарства, водила на кодировку. Алла вроде соглашается лечиться и даже после воздействий ведет два–три дня трезвый образ жизни, но затем ей на улице попадается коляска с младенцем, и у нее начинается истерика. Чаще всего она бросается к повозке с криком:

– Мой сыночек! Дай я тебя поцелую!

Перепуганные матери спасаются бегством, а Алла бредет к ларьку.