Лампа разыскивает Алладина

 – Сережа? Говорите скорей!

– Нет, нет, – поспешила я успокоить хозяйку, – речь идет о другом. Вы лежали в роддоме вместе с Олей Белкиной.

– Да, – кивнула Неля, – было дело. Очень несчастная женщина.

Я вздохнула. Понятно, Лялечка не упустила момента и спела соседке по боксу песню про свою тяжелую, полную испытаний жизнь.

– Вас выписывали вместе?

– Почти.

– Не созванивались с Ольгой?

– Нет.

– Не захотели? Или Белкина телефон не дала?

Неля снова включила чайник.

– Ешьте конфеты, я такие очень люблю.

– Разве вам можно? Наверное, ребеночка кормите.

Неля махнула рукой.

– Пыталась, сначала Илюша хорошо ел, но в больнице мне мастит лечили сильными антибиотиками, молоко пополам с лекарствами малышу давать нельзя, и мама перевела Илюшу на смеси. Я, правда, выздоровев, решила продолжить грудное вскармливание, так у Илюшеньки диатез начался, жуткий. Врач сказал, после лечения так бывает, не воспринимает младенец материнское молоко, теперь он ест смеси, а я конфеты без угрызений совести!

– Так вы с Олей общались? – плавно вернулась я к прежней теме беседы.

– Нет.

– А почему?

– Ну, так.

– И все же?

Неля вдруг замолчала, а потом сказала:

– Объясните, что случилось. Почему вы пришли ко мне расспрашивать про Ольгу?

Я кивнула.

– Правильный вопрос. Ждала, когда вы его зададите. С Белкиной случилось большое несчастье. И, похоже, вам надлежит помочь ей…

По мере того как я разматывала цепь событий, Неля горбилась на стуле. Наконец она прошептала:

– Ужас.

– Верно, – кивнула я, – другого слова и не подобрать.

– На вас, – эхом откликнулась перепуганная Неля.

– Ну да, женщины часто бывают откровенны между собой, в особенности лежа практически в одной палате. Вы оказались в одном боксе, представлявшем собой комнату, разделенную стеной, не доходящей до потолка. Туалет и душ общий, неужели вы ни о чем не болтали, оставшись вдвоем?

– Со мной постоянно мама сидела!

– Да? А нас не пустили никого, сказали, нужно соблюдать стерильность.

– Мамусечка везде пройдет, – тихо промолвила Неля.

– Но она ведь не ночевала в палате?

– Нет, домой после восьми уходила.

– А вы спать ложились?

– Э… э… да!

Я с укоризной взглянула на Нелю.

– Неправда! Ваш долг – рассказать все, что вы знаете. Скорей всего ребенка похитил тот, кому Белкина сильно досадила. Она, вполне вероятно, могла вам рассказать сведения, которые помогут вывести на правильный след.

Неля молчала.