Лампа разыскивает Алладина

– Старую!

– Да ей всего лишь второй сезон.

– Все равно.

– Могу поменять новое пальто на древнюю шубенку, – усмехнулась Ната.

Белкина заткнулась. Но на втором уроке она расчихалась и ушла домой. Вечером Ната позвонила подруге.

– Ты заболела?

– Ага.

– Что случилось?

– Простыла, – загундосила Оля, – шуба моя – размахайка, снизу ветер поддувает. Снаружи красиво смотрится, а изнутри никуда не годная для зимы вещь.

Спустя неделю Белкина, веселая, словно молодой щенок, явилась в школу. На плечах у Олечки сидело драповое пальто, точь-в-точь такое, как у Наты.

– Вы с Красавиной словно из одного детдома, – захихикали одноклассницы.

Нате стало очень неприятно, а Ольга, спокойно вешая пальто на крючок, заявила:

– Мама мне приобрела. Сказала, что такую дешевку можно каждый день таскать, ее не жаль, как шубку.

Ната повернулась и молча пошла в класс. В конце концов, Белкина не в первый раз проделывала подобные фокусы. Стоило Нате появиться с новым портфелем, как у Ольги оказывался такой же.

Однажды Зинаида Ивановна, классная руководительница, вызвала Нату к себе и сказала:

– Послушай, ты уже взрослая девочка и должна понять: у вас с Белкиной разное материальное положение. Ее папа большой ученый, а твой простой шофер.

– Ну и что? – удивилась Ната.

– Не следует напрягать родителей, – сурово заявила Зинаида Ивановна, – нехорошо заставлять их покупать все, что есть у Оли Белкиной.

– Вовсе не так дело обстоит, – сердито ответила Ната, – это Оля за мной обезьянничает.

Зинаида Ивановна посуровела окончательно.

– Думала, ты устыдишься и сделаешь правильные выводы, – сердито сказала она, – и что вышло? Пытаешься стоять на своем, причем лжешь.

Ната выслушала отповедь училки и решила: все, с нее хватит Белкиной.

Оля бросилась к подруге:

– Что случилось?

– Ничего.

– Но ты перебралась на другую парту.

– Отсюда лучше видно доску.

– Да?

– Да!!!

– Ой, ты обиделась!

И тут Нату прорвало. Схватив подругу за шиворот, она затолкала ее в туалет и впервые высказала Белкиной свои претензии. Оля зарыдала.

– Прости, прости. Мне и правда хотелось иметь такие вещи, как у тебя.