Ламира. Глаза цвета ночи

Скорее всего, сейчас мужчины отправляют мои мифические останки в последний путь и открывают шампанское в честь нового витка свободы. Интересно, есть ли у них вообще шампанское?

- Вы помните, что произошло? – Не унимался доктор.

- Пожар.

- Да, - мужчина робко улыбнулся, - я видел. Что было до него?

- Не знаю. Я проснулась, когда все вокруг горело. Портал….

Горло сжалось. То ли от ужаса, то ли от последствий пожара. К счастью, мозги у меня работают с функцией отложенного осознания. Я пока не поняла, какой участи избежала.

- Можете описать пламя? – Осторожно спросил лекарь и тут же пояснил: - мне необходимо понять, какой вид эфира нанес эти повреждения, - узловатый палец указал на красный кусок кожи, - иначе раны залечить не удастся.

- Я не знаю.

- Опишите огонь.

- Обычный, ярко-оранжевый с красными всполохами. – Начала вспоминать детали. – Распространялся очень быстро. И не было дыма.

Врач нахмурился, поправил очки, спрятал руки под лацканы шерстяного блейзера.

"Сбоку что-то заскулило. Повернула голову и совсем потеряла дар речи. На меня смотрел волк. Нет, на меня смотрел ХАЛЛИ. Огромная шерстяная тварь с огромными клыками и башкой размером с бычью. Животное внимательно смотрело на меня черными глазами. Это был тот самый волк, который сцепился с василиском. Я его узнала почти сразу.

- Он толкнул вас в портал и все это время практически не отходил. Не знаю, кто приручил для вас зверя, но если его увидите, передайте мое почтение.

Растерянно кивнула. Говорить о том, что сама бы с удовольствием посмотрела на этого смертника, не стала.

- Вам нужно поспать. Я вернусь утром.

Поспать мне и правда, не помешало. А вот оставаться наедине с монстром, было страшно. Но слушать никто не стал. Врач вылетел из палаты, будто дома у него воспламенился утюг, а я посмотрела на волка.

- Спасибо. – За что благодарила зверя, так и не поняла. Веки налились свинцом, и я провалилась в глубокий сон.

Глава 16

Регина

Спала спокойно, без сновидений. Просто парила в густом черном нигде. Глаза открыла на рассвете. Когда первые солнечные лучи начали пробиваться сквозь закрытые ставни. В комнате было пусто. Тело, не привыкшее к долгому лежанию, ныло. Кожа болела.

Подняла руки.