Ламира. Глаза цвета ночи

Когда Тиритан, второй император, узнал об обряде, его запретили совершать под страхом смерти.

- Ничего не получилось?

- Мы не знаем подробностей. Айхи не любят вспоминать те времена. Мужчины, не желающие связывать себя браком, не отказались от обряда. И тогда император обратился к Богине.

- Она была не в восторге?

- Она исправила ритуал.

- Это как?

- Сначала, женщины перестали умирать. Потом, они получили право тоже отказываться от своих пар. Но, тот, кто отказывался от дара семьи, превращался в вампира.

- Начинал пить кровь? Не самая страшная плата за холостяцкий быт.

- Кровь, это мелочи. У вампира нет эмоций. Он не чувствует ничего, кроме постоянного раздражения. Когда ты появилась на алтаре, герцог начал отрицать связь. Думаю, в этот момент он запустил процесс превращения.

- Значит, мы с ним не связаны?

- Не знаю. – Принц сел, положил подушку себе под спину. – Пока это только наши предположения.

- А кто тот мужчина, из сна?

- Он должен был стать моим побратимом. Он и Вайрот.

- Но, как тогда…. То есть… Я запуталась….

- Мы сами не знаем. Главное, что ты нашлась. – Он притянул меня к себе. – А с остальным разберемся.

- А если я не хочу… Не хочу никого другого?

- Ты свободная ламира. – Он осторожно подцепил пальцами подбородок и провел ладонью по шраму. – Ты сама решишь, кто будет рядом с тобой. Обещаю.

Глава 30

Лирад

Приказ срочно отправиться в империю айхов принесли на рассвете. Его доставил поверенный ее Величества.

Худощавый подросток стучал в дверь, кричал, пытался бросать в окна старенького особняка камни. Ничего не помогало. Парнишке пришлось больше часа рвать глотку, чтобы разбудить местного лекаря.

Накануне вечером в госпиталь привезли четверых детей детей. Малышня наелась калевых ягод и получила сильнейшее отравление. Легче всего отравление перенесла девочка. То ли организм малышки оказался крепче, то ли синих ягод она съела не так много, как остальные.

Выровнять ситуацию удалось только к середине ночи. Тогда Ияд напоил детей травяными отварами, и у лекаря появилась возможность уйти домой, поспать. Правда, не долго.