Курсант: Назад в СССР 10

Мимо проходила стайка пионеров со скрипкой в футляре.

– Э-э! Пацаны! — зычно крикнул один из рослых гопников с мордой Дольфа Лундгрена. — Сюда идите. Кому сказал? Быром!

Пионеры, опустив глаза, послушно поплелись к соседней лавочке.

– Курить есть?

Те в ответ испуганно замотали головой.

– А если найду? — «Лундгрен» картинно сплюнул под ноги школьникам. — Мелочь есть?

Пионеры молча хлопали глазами. Я встал и направился к лавочке. Верзила, услышав шаги, обернулся на меня.

Ого! Знакомая рожа. Я узнал в «Дольфе» своего давнего недруга.

Глава 3

Морда, не обремененная интеллектом, телосложение орангутанга — курсант Новоульяновской средней школы милиции товарищ Сипкин, он же Вова, собственной персоной.

Хотя какой он курсант? Годов ему уже под тридцать, средку он со скрипом закончил, а потом, я слышал, его выперли из милиции с треском за какой-то проступок, порочащий честь мундира. Подробностей не знал, но бывший боксер, которого я когда-то здесь, в Новоульяновске уложил на областных соревнованиях на кубок Попенченко в первый год своего пребывания в этой эпохе, дисциплиной никогда не отличался.

Боксер меня тоже явно узнал. Его кривые брови встали елочкой на покатом лбу, а свиные глазки вперились в меня, не мигая.

— Здоров, — хмыкнул я. — Пионеров отпустили! Вовчик.

— А ты что такой борзый, Петров? — скривился Сипкин, сменив удивление на желчь.

— Ты не понял? Милиция.

Я слышал, как за моей спиной встал Быков, сопел, как паровоз, и, судя по хрусту костяшек, разминал кулаки.

Стайка пионеров упорхнула чижиками.

— А что нам менты, я и сам мент, — хмыкнул Сипкин.

Его трое дружков одобрительно закивали.

— Не п*зди, Вова. Ксиву покажь, — я было засомневался, может, восстановился Сипкин.

Была такая практика в МВД — уволенных по отрицаловке обратно на работу брать, но это позже будет, когда зарплату платить не станут и кадровый голод не оставит выхода.

— Дома забыл, — пробасил Вова. — А ты свою покажи, Петров. Что-то я тебя здесь в милиции не видел. Выперли, наверное, из органов.

Судя по всему, Сипкин газет не читает, не знает ничего о спецгруппе Горохова, что и не удивительно. Газеты он только для заворачивания воблы воблу да в сортире использует.

Привычным движением я полез в карман, но рука остановилась на полпути.