Курсант: Назад в СССР 10

Ксивы нет, где-то в сумке лежит, которую я собрал для дежурства в гараже — да и бросил там же.

Я остановился, выскочил из «Москвича» — но, кажется, слишком резво, потому что гаишники отшатнулись, тыча в меня пистолетами и что-то крича. Слов я не разобрал.

— Спокойно, коллеги, я капитан милиции, у меня в машине тяжело раненный. Нужно срочно в больницу доставить!

Одет я был совсем не по-офицерски, в той одежонке, что мы с Федей прикупили в Комке, да и вид был слишком молодой и борзый для капитана милиции.

— Поднимите руки, отойдите от машины! — пробубнил один из инспекторов, заглядывая на заднее сиденье, а потом вдруг заорал.

 — Там тело!

— Руки! — заблажил второй, тыча в меня пистолетом. — Поднял. Быстро!

В это время, услышав, что начался какой-то кипиш, оживился и Савченко. Застучал по крышке багажника. Глухие удары окончательно переполошили гаишников. Те попытались меня вязать. Руки-то я поднял, но опустить их — совсем не долго. Один из инспекторов убрал пистолет в кобуру, отважно ринулся меня наручниками сковывать, пока второй на мушке держал.

Нечасто инспекторам в эти времена приходилось оружие использовать. Это было видно сразу. Учить их еще и учить. То, как встал на подстраховку один из них — ни в какие ворота не лезет. Шаг чуть вбок, и я уже сошел с линии огня. Между мной и пистолетом пыхтит сержант, что пытается заломать мне руку. Щас упакуют и увезут в отделение для разбирательств. Даже до ксивы мне добраться не дали. Хрен вам, коллеги, нельзя мне шубника и Савченко вам оставлять, по-любому накосячите ведь.

Я резко развернулся, одновременно перехватывая запястье милиционера, и вот уже сам сержант с заломленной рукой прижат ко мне спиной, защищая своим телом от направленного на меня ствола. Я вытащил пистолет свободной рукой и навел его на второго гаишника:

— Оружие на землю!

Тот сразу подчинился.

— В машине на полу под задним сиденьем черная сумка, наружный карман на молнии. Открой. Быстро!

Инспектор замялся, даже руки поднял на всякий случай.

— Да бегом же, мать твою!

Сержант дернулся и поспешил к «Москвичу».

Распахнул дверь, косясь на окровавленного Медведева, думая, что это труп, наверное. Порылся в сумке и извлек мое удостоверение. Раскрыл. Глаза вытаращил, стоит крюком, переводит взгляд то на меня, то на фотку, то снова на меня.

— Так вы из Москвы? Из группы Горохова? — воскликнул он.

— Догадливый, — хмыкнул я и отпустил первого инспектора. — Садись в свою машину, врубай мигалки, полетим через красные в больницу.