Купель Офелии

В конце концов, не его дело, как назовет своего ребенка Кристина, а ссориться с ней в данный момент никак нельзя. Теперь только от него зависит, состоится их шоу или нет. Подавив в себе раздражение, Ванька улыбнулся.

– Идея поехать в Крым классная. Только ведь это другое государство. Без паспорта твою Офелию через границу будет сложно перевезти. Разве что в чемодане.

– Вот я кретинка! И правда! – хлопнула себя по лбу Кристина. – Совсем от беременности отупела. Что же делать?

– Ты это… поживи пока у меня. Я не в напряге.

– Точно? – обрадовалась Кристина.

– Ага, – кивнул Ванька. – Зарегистрируешь малыша, оформишь все и поедешь. Могу себе представить, как тебя папаша достал, раз ты с грудняком на шее ноги делаешь, – перевел Терехин тему, усиленно соображая, как ненавязчиво удержать Кристину от побега.

– Папарус тут ни при чем. Конечно, приставучий, но терпеть можно. А жена его новая… Прикинь, она убить меня хочет. – Девушка напряженно хохотнула.

– Как это? – ошарашенно спросил Ванька.

– Обыкновенно. Сначала пыталась угробить на «бэхе».

– За что она тебя так?"

"– Неужели не ясно? Бабки, все зло из-за них! Я единственная наследница Руса.

– Так ты жену отца пасла на Воробьевых? – догадался Ванька.

Ответить Кристина не успела – из комнаты послышался заливистый плач, и молодая мамаша побежала утешать дочку. Через пару минут дверь в ванную снова распахнулась – на пороге стояла Кристина с ребенком.

– Случайно не знаешь, как попу младенцам мыть? А то мы обкакались, – радостно сообщила она и вручила Терехину вонючий подгузник.

С этого момента жизнь Ваньки превратилась в кошмар.

Мая 21-го, 1861 года.

Милая моя, славная, любимая княгинюшка!

Как невыносимо я соскучился по Вашим синим глазам и ласковым пальчикам, что дарили мне счастье в уединении жарких ночей. Ежеминутно вспоминаю прелестное Ваше личико и наше истомленное любовью и негой лето.