Кудесник

Из потока дел и забот вынырнул только когда Елена Пожарская принесла ему в кабинет чай, с пирожками. Она обычно ходила за ними перед закрытием столовой, и делилась таким образом с Виктором, заодно отмечая конец рабочего дня, что было очень удобно. Виктор распускал людей, и ехал домой, или засиживался над документами, которые нужно было сделать к завтрашнему дню. Но сегодня всё было в норме, и отпустив сотрудников, Виктор попил чай с Леной, проводил её до машины, и сев в Чайку, уже собирался ехать домой, когда загудел телефон в машине.

— Николаев у аппарата.

— Это хорошо, что ты у аппарата. — Брежнев хмыкнул. — Ты ужинал?

— Нет, Леонид Ильич, не успел.

— Ну тогда приезжай ко мне на Кутузовский. Посидим повечеряем.

Виктор положил трубку в зажим, и повернулся к охраннику. — Константин, поехали на Кутузовский двадцать шесть.

— Понял. — Офицеры переглянулись. Даже в их практике такое бывало нечасто чтобы охраняемое лицо, вот так запросто заезжало вечером к главе государства.

Обстановка в квартире у генерального секретаря была скромной, а по меркам двадцать первого века так и вовсе спартанской, что полностью соответствовало натуре Брежнева.

Он сам был человеком скромным, и в его квартирах никогда не было ни картин, ни золота, ни украшений. А вот у товарища Георгадзе, были вполне барские замашки. Золотой унитаз, картины старых мастеров, дорогой фарфор, и стены, украшенные антикварным оружием, о чём Виктор шепнул Брежневу. Тот не поверив, лично приехал к Михаилу Порфирьевичу в гости, и после один на один устроил ему натуральную выволочку, пояснив, что любая его слабость особенно такая, которая сопряжена со взятками, будет использована врагами страны. Поэтому Георгадзе впечатлённый до самых пяток, уже на следующий день продал, раздарил и куда-то вывез всю показную красоту, оставив только самое необходимое. За Георгадзе, уловив «Текущий момент» потянулись и другие высшие руководители, а когда минул срок своеобразной индульгенции на грехи, к тем, кто не понял намёк, пришли следователи БХСС.

Когда Виктор приехал, его сразу пустили, в прихожую, и даже не обыскивая, пропустили в комнаты, но Николаев остановился, чтобы отдать пистолет.

— Приказ есть на ваш счёт, Виктор Петрович. Оружие не изымать. — Спокойно пояснил брежневский охранник.

— Оно конечно здорово, только пусть здесь полежит. Задолбался я таскать его что-то. — Пояснил Виктор.

— Хорошо, Виктор Петрович, проходите. — Охранник распахнул двери, приглашая Николаева войти.