Кто в чемодане живет?

Я подумал, вдруг выпадет еще что-то, связанное со Стекловой. Нашлось всего одно совпадение, – продолжил Борис. – Читаю материалы из газеты: «Художник-примитивист Михаил Комонов представил на благотворительной ярмарке свою картину «Кошечка Хаврошечка», современный взгляд на русскую сказку. Полотно вызвало большой интерес присутствующих, его приобрела Вероника Виско, жена бизнесмена. Господа Виско славятся своим интересом к искусству, они меценаты и благотворители».

Я моментально вспомнил.

– Виско! Вроде Егор. Так звали покойного зятя госпожи Стекловой.

– Фаина Григорьевна, – тут же подсказал Борис, – она терроризировала отделение полиции, требуя расследовать убийство зятя, который скончался от сердечного приступа. Полюбуйтесь на фото мужчины.

Василий выпучил глаза.

– Ого! Интересно, сколько он весил? Двести кило?

– Инфаркт у человека с такими габаритами не удивил медиков, которые не устают твердить о пагубном влиянии жировых отложений, – назидательно произнес Борис, – из-за них вредный холестерин в разы выше нормы, диабет, отеки, проблемы с потенцией… Ясно, почему госпожу Стеклову вежливо домой отправляли.

– Бабка угрожает девочке! – возмутился Василий. – Ну и стерва!

– В статье, которую вы процитировали, сказано, что полотно раздора приобрели на благотворительной ярмарке, – отметил я. – Фаина же уверяла полицейских, будто зять погиб из-за того, что ее дочь заказала картину у Игоря Лапина…

– Ты веришь газетам? – с самым серьезным видом осведомился Борис.

– Где сейчас Фаина Стеклова? – спросил я.

Борис подвигал мышкой по коврику.

– Благополучно здравствует. Прописана в квартире на Лесозаготовительной улице.

Я выжидательно смотрел на замолчавшего секретаря. Наверное, я не ошибаюсь, предполагая, что улица расположена отнюдь не в Центральном округе столицы.

– М-да, – протянул Василий, – живет бабуся у чертовой матери на куличках в Новой Москве.

– Раньше Стеклова жила в элитной новостройке в районе Остоженки, – продолжал Борис, – вместе с дочерью и зятем.