Крысятник

Раздался негромкий стук.

— Я жду! — ободряюще пропела Ангелина.

Дверь нешироко приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунулась рука с халатом.

— Возьмите, — выдавил из себя охранник, не отваживаясь заглянуть внутрь.

Она подумала, что такой голос подошел бы евнуху в гареме султана. Эх, почему же ей не откомандировали парня порешительнее!

Ангелина ухватилась не за полотенце, а за держащую его руку и одним рывком затащила скромника в ванную комнату. Он шел, как бычок на привязи, покорный своей судьбе.

— Тебя как зовут? — насмешливо спросила она.

— Саша.

— Ну, что же ты такой стеснительный, Саша? — упрекнула его Ангелина. — Растер бы меня как следует.

Широкие, слегка шершавые ладони несмело прошлись по ее влажной спине, и Ангелина, попятившись, взгромоздилась на краешек ванны, обняв кавалера за шею.

Чуть согнувшись и явно волнуясь, парень потянул брючный ремень, который почему-то никак не желал расстегиваться. Наконец он справился с задачей, и брюки мягким комом упали к его ногам.

— Ты ничего не слышишь? — спросил он.

— Нет, — едва пошевелила губами Ангелина, чувствуя, что еще секунда промедления, и она потеряет сознание.

— Сигнализация сработала, — проговорил телохранитель.

— Какая еще сигнализация? — с трудом разлепила она глаза.

— Моя… от машины. — Он разжал объятия. — Ты меня обожди, я сейчас вернусь, — натянул он штаны и уверенными движениями, напрочь лишенными дрожи, затянул ремень.

Желание, еще минуту назад казавшееся необыкновенно острым, вдруг понемногу начало таять, словно снег во время оттепели, а ему на смену явилось раздражение и досада.

— Как хочешь. Была бы честь предложена.

Саша вышел из ванной. Ангелина услышала его торопливые шаги, и тотчас довольно громко хлопнула входная дверь.

Она посмотрела на себя в зеркало, повернувшись в профиль. Даже без косметики она выглядела превосходно, тем более теперь, с разрумянившимися щеками.

— Ты много потерял, Саша, — прошептала Ангелина.

Набросив халат и сунув ступни в мягкие тапочки, она зашлепала на кухню. Достала из холодильника бутылку красного вина и, налив в высокий бокал, сделала небольшой глоток.

Повернулся ключ в замке, едва слышно отворилась входная дверь. Возвращался горе-любовник. Если он захочет продолжить начатое, то ему придется хорошенько постараться, чтобы загладить свою вину.